Рим. Цена величия

– Я – Лара Варус, – представилась она. – Рада видеть у себя нового гостя. Надеюсь, ты станешь постоянным посетителем. Желаешь сохранить имя в тайне?

– Ну что ты, Лара! – Юния постаралась говорить как можно грубее. – Мое имя Квинт Юний Силан, наша семья на днях вернулась в Рим из Александрии. Признаться, – тут она интимно наклонилась к уху хозяйки, – я впервые в подобном заведении. В Александрии отец не спускал с меня глаз, он неистовый стоик. Поэтому я прошу у тебя помощи.

Лара игриво зажмурилась.

– Ты совсем еще молод и, вероятно, никогда не спал с женщиной. Чувствуй себя как дома, я заменю тебе мамочку, дорогой.

Юния едва сдержалась, чтоб не отвесить ей подзатыльник:

– Мне не нужна мамочка. Я хочу опытную гетеру. Но вначале желаю отобедать и насладиться искусством твоих прославленных танцовщиц.

– Как будет угодно господину Юнию. У меня уже собралась шумная компания, можешь присоединиться к ней.

Втайне Лару уязвило, что приглянувшийся юнец так невежливо отверг ее, поэтому она решила проучить его. Она знала, чем обычно завершаются оргии той шумной компании, куда она определила Юнию.

Они вступили в триклиний, где располагались роскошные ложа и богато накрытые столы, отделенные ширмами. Юния увидела несколько пьяных стариков, шумно перекрикивавших друг друга. За другим столом возлежали двое легионеров в красных туниках, между ними устроилась грузная матрона с рыжими космами, в беспорядке падающими на потный лоб, и несколько юнцов расположились рядом на невысоких скамейках.

– Думаю, я присоединюсь к тем старикам.

– Это сенаторы, они приходят сюда напиться. Полагаю, будут не против поумничать перед молодежью. Однако не заскучаешь ли ты?

Ларе хотелось, чтобы Юния заметили за другим столом, но общество вокруг наследника императора не обращало на них ни малейшего внимания.

Они громко спорили меж собой, бились об заклад, удастся ли Макрону перепить Мнестера. Невий опаздывал, как всегда, и его собутыльники готовили ему в наказание грубую шутку, приказав Ларе подлить возбуждающего в чашу префекта претория. Едва Юния возлегла около сенаторов, которые даже не обернулись при появлении новичка, и отпила из чаши, как занавес в триклиний откинулся, пропуская еще одного гостя.