Иллюзия побега

Если не одна она также попала сюда, то может вместе они найдут дорогу домой! Лишь бы инквизиторы не помешали.

– Я спрячу тебя. Там, наверху, никого не бывает. Есть хочешь?

Девушка недоверчиво потянулась к ней.

– Ты знаешь русский? Ты не сдашь меня им?

– Да, я из Ростова, а ты как попала? Как тебя зовут?

Девушка заплакала. Она походила на затравленного зверька.

– Аня.

На верхней площадке эстакады находилась небольшая каморка, похожая на будку крановщика. Старшие сыновья Горва не заглядывали туда, сам мастер уже не мог поднимать грузное тело по узким лестницам, и Настя иногда находила в ней уединение.

Там и спрятала Аню. Принесла одеяло, пирог из буфета. Ей не терпелось расспросить обо всём.

Аня жила в Москве. Она не могла точно рассказать, как очутилась здесь. Говорила, что зашла в полуподвальное кафе, и неожиданно перенеслась сюда. Возможно, старые дома имели порталы между мирами.

Потом попала к Инквизитору. Её сразу схватили. С комком в горле, вспоминала, как маг поставил на колени, придавив лицом к полу, грубо задрал юбку.

Что остановило его от насилия, она не понимала, но намерения были ясными.

Рассказав, с минуту Аня дрожала, уставившись взглядом в пустоту, снова переживая унижение. Настя хотела пожалеть девушку и вспомнила свой допрос. Взгляд Инквизитора, выворачивающий все сокровенные тайны, пугающий и в то же время, манящий. Он не стал переходить границы, поставленные Настей, когда та оттолкнула его руку, но страшно представить было, что он мог бы сделать.

Она тогда увидела его гнев.

С Аней поступили иначе. Её не определили, как Настю, в местную семью, а отправили куда-то в дальнюю крепость. Инквизитор не признал в ней ведьму, но и отпускать не собирался. Несколько дней на гремящем конвойном бронетранспортёре запомнились Ане тошнотворным укачиванием, головной болью и страхом перед неизвестностью. И что ждало бы там, куда везли, она даже боялась подумать. А уж ей порассказали бывшие в транспорте арестанты, как обращаются в тюрьмах Инквизиции.

Её спасло нападение на конвой банды разбойников, решивших освободить подельников, заодно поживиться кассой, перевозимой на броневике.

Аня получила свободу, но за неё приходилось платить. Новое, непримелькавшееся лицо в банде могло пригодиться и ей объяснили, что будет, если сбежит, не отработав должок. Воровской мир не прощал предательства. Аня сразу оценила и преимущества столь вольного положения. Статус вора даже почитался в некоторых слоях общества Глории.