Свидание с миллионером

– Что смешного я сказала?! Что ты лыбишься?!

Один смешок все-таки срывается с его губ.

– Хомячок в ярости, – с улыбкой комментирует Даниил, обращаясь к Федору Михайловичу. Который тут же снова начинает хрипло хохотать.

Я с минуту обескуражено смотрю на них. Это я-то хомячок? Да у меня весы максимум пятьдесят килограмм показывают, когда я на них стою! Ну да, во всей этой одежде я, должно быть, выгляжу объемно. Но можно подумать, я сама, по своей воле так нарядилась!

Психую окончательно, разворачиваюсь и шагаю прочь от этих двоих по направлению к лесу.

– Ну и куда ты пошла? – доносится мне в спину насмешливый голос Даниила.

– Куда надо! – злобно выкрикиваю я, не останавливаясь.

– Хомячок, там трясина может быть!

– Отвали!

Злость так и бурлит внутри. Хотя после упоминания о трясине пыла у меня заметно поубавилось. Действительно, ну вот куда я пошла? Дура. Еще только в болото не хватало угодить для полного счастья!

Но из чистого упрямства я продолжаю шагать вперед, не сбавляя скорости.

От быстрой ходьбы вспотел уже, кажется, даже затылок. Выбившиеся из-под шапки пряди волос прилипают к лицу, лезут в глаза и рот. А в голове так и бьется – ну вот куда я иду? Даже если не угожу в болото, как собираюсь выбираться из леса в одиночку? Я и в городе-то слабо на местности ориентируюсь!

Когда злость окончательно уступает место страху, я останавливаюсь. Медленно разворачиваюсь, надеясь, что эти двое еще не ушли в другую сторону и не скрылись из вида.

Ну хоть не бросил, и на том спасибо. Обреченно шагаю к нему навстречу.

– Ну что, остыла? – с усмешкой интересуется Даниил, когда мы подходим друг к другу достаточно близко.

– Я хочу домой, – обиженно бурчу я.

Хоть это и не совсем правда. Домой я не хочу. Но и здесь находиться – тоже.

Даниил обнимает меня за плечи одной рукой и ведет обратно, туда, где остался Федор Михайлович.

– Ладно, охота на сегодня окончена. Вернемся в сторожку, пожарим шашлыки. Ты не против, хомячок?

Шашлыки? Было бы неплохо. Картошка фри из «Берлоги» уже давно переварилась в моем желудке, и при упоминании об аппетитной еде он тут же жалобно сжался.

Тем не менее, выказать свою заинтересованность в еде сейчас мне кажется ниже моего достоинства.