Охота на жену

В итоге, когда ближе к вечеру пирожки стоят в духовом шкафу, наполняя дом ароматом свежей выпечки, я уже валюсь с ног. Но уйти с кухни никак не решаюсь. Будто там, за её пределами, меня поджидает опасность. По десятому кругу натираю мраморную столешницу, когда за спиной вдруг раздаётся:

– Привет.

От неожиданности чуть не подпрыгиваю на месте, резко оборачиваюсь.

На пороге кухни стоит Сергей. Я даже не слышала, как он вошёл в дом!

– Пахнет охренительно, – заявляет Сычев, ведя носом по воздуху.

А я так и стою истуканом с тряпкой в руках, не зная, что сказать.

Отмечаю, что у Сергея усталый вид, но несмотря на это, выглядит моя первая любовь, как всегда, потрясающе. И даже вульгарная татуировка на его шее больше не режет глаз. Наверное, я к ней привыкла.

– Ну что ты застыла? Иди хоть обними, – усмехается он, раскрывая руки, словно и вправду ждёт от меня объятий.

– Очень смешно, – произношу я без тени улыбки.

– Да ладно, расслабься, я тебя не покусаю, – небрежно отвечает Сергей. Снимает с запястья часы, вместе с телефоном оставляет их на столешнице, после чего проходит к островку и усаживается на барный стул.

– Руки мыл? – интересуюсь я, отправляясь к холодильнику, чтобы достать приготовленные сегодня блюда.

– Да, дорогая.

Кошусь на него, недоумевая от подобных перемен. Дорогая? Какая я ему дорогая? Или так, в его понимании, обращаются к рабыням?

Сергей подпёр щеку кулаком и задумчиво наблюдает за мной, пока я накрываю на стол.

– А себе? – указывает он взглядом на сотейник в моих руках.

– Разве рабы едят с господами за одним столом? – не удерживаюсь я от сарказма.

Его губы трогает лёгкая ухмылка:

– Если господин прикажет.

– Что ж… Как будет угодно, – натянуто улыбаюсь я.

Накрываю на двоих. Когда всё готово, сажусь напротив Сергея на такой же высокий стул.

– Приятного аппетита, – произносит он, пробираясь под кожу своим острым взглядом.

– Спасибо. И тебе.

Сергей смотрит ещё примерно с минуту, после чего приступает к еде, позволив мне, наконец-то, начать дышать. Только вот трапезничать вместе с ним за одним столом оказывается совершенно невозможным. Мне кусок в горло не лезет от эмоций. Но я заставляю себя открывать рот, заталкивая туда по небольшому кусочку.

Зато у Сычева с аппетитом всё в порядке. Он сметает свою порцию за считанные минуты, с большим наслаждением.