Не его невеста

Очень хочу возразить ему, но в голову не приходит ни одного весомого довода. Если Егору не нужно утром ехать в офис, то и будить его в такую рань действительно необходимости нет.

– Присядь, поешь со мной, – предлагает Глеб, видя мое замешательство.

Он требовательно смотрит на меня, и я, словно загипнотизированная его взглядом, сажусь за стол напротив.

Придвигаю к себе тарелку, беру приборы и отправляю небольшую порцию омлета себе в рот. Удовлетворенно прикрываю глаза – он получился нежным и воздушным, просто тает во рту.

Глеб тоже начинает есть.

– Очень вкусно, Настя, – произносит, попробовав.

– Спасибо, – скромно отзываюсь я.

Дурацкое чувство неловкости не покидает, и это уже не на шутку начинает меня утомлять. Поднимаю глаза на Глеба и стараюсь вложить в свой голос как можно больше уверенности:

– Ты так схватил меня за руку, что я испугалась. Пожалуйста, не делай так больше.

– Извини, – безэмоционально отвечает он. И смотрит на меня равнодушно, словно сейчас очень глубоко погружен в свои мысли.

Мне снова начинает казаться, будто он чем-то опечален.

– Как… у тебя дела? – робко интересуюсь, заглядывая ему в глаза.

– Нормально.

– Как вчера посидели с Егором? У вас все хорошо?

– Конечно, все хорошо.

– Вы не поссорились случайно?

На этот вопрос Глеб не отвечает. Вместо этого вопросительно поднимает брови.

– Просто ты выглядишь каким-то подавленным, – пожав плечом, поясняю я. – И ты не захотел, чтобы я позвала его на завтрак…

– Нет, мы не поссорились, Настя.

– Зачем тогда ты так рано встал? Если не выспался?

– Хотел поговорить с тобой, – заявляет он.

– О чем? – удивленно тяну я.

Глеб медленно, будто не расслышав моего вопроса, отрезает ножом очередную порцию омлета на своей тарелке и отправляет её себе в рот. Неторопливо пережевывает. Лишь после этого вновь фокусирует на мне взгляд и будничным тоном интересуется:

– Скажи мне, Настя.

Мгновение я смотрю на него, пытаясь понять, он шутит так или… К чему это?

– Конечно, люблю, – растерянно улыбаюсь. – А почему ты спрашиваешь?

– Сильно любишь? – снова интересуется он, игнорируя мой вопрос.

Я еще больше теряюсь. Разве такой факт может вызывать у кого-то сомнения?

– Конечно, сильно, – произношу возмущенно.

– А за что? – добивает меня он.