Моя девочка

Даше не терпелось скорее обслужить его, чтобы отправиться на кухню и заняться мытьем посуды, что тоже входило в ее обязанности. Чем быстрее закончит с посудой, тем быстрее сможет лечь спать. Уборку зала Нина Михайловна разрешала делать с утра пораньше, перед открытием, потому что понимала, что девушка устает.

И Даша была благодарна ей за понимание, ведь она действительно уставала не на шутку. Первое время было особенно тяжело, даже не столько из-за физической нагрузки (к работе ей не привыкать), сколько из-за однообразия череды пролетающих друг за дружкой дней.

Но девушка старалась не думать об этом. Главное, что она была в тепле и безопасности. Даша каждый раз напоминала себе об этом, как только в голову начинали заползать упаднические мысли.

Разумеется, она понимала, что это не будет длиться вечно. В конце концов, ей нужно думать о матери, которая не молодеет и однажды просто уже не сможет работать. Даше предстояло найти способ выучиться, устроиться на хорошо оплачиваемую работу, чтобы содержать не только саму себя, но и помогать маме.

Но пока еще она даже не представляла, как сможет это осуществить, из-за чего сильно переживала.

– Нина Михална, я займусь посудой, вы позовите меня, если ему еще что-то понадобится, – вполголоса обратилась девушка к хозяйке, когда ужин запоздалого посетителя был доставлен по назначению.

– Занимайся, – недовольно пробурчала женщина. – Я сама, если что, его обслужу.

– Спасибо! – Даша тепло улыбнулась ей.

В те редкие моменты, когда хозяйка проявляла снисхождение, девушка испытывала особенно сильную благодарность по отношению к ней и с большим трудом подавляла желание подойти и обнять эту женщину.

 Внешне Нина Михайловна сильно напоминала ее собственную мать, которой девушке сейчас так не хватало.

Даша звонила ей раз в неделю, но этого было катастрофически мало. А чаще звонить не могла – мама задавала слишком много вопросов, на которые отвечать честно никак нельзя, а лгать родному человеку Даше невыносимо.

Засучив рукава, девушка натянула на руки огромные резиновые перчатки и окинула критичным взглядом квадратную промышленную мойку, полную грязной посуды.

Но приступить к работе она не успела – в кухню влетела раскрасневшаяся Нина Михайловна.

– Дашка, бросай! – с порога крикнула она и, нетерпеливо махнув рукой, поманила девушку к себе. – Иди сюда! Те двое важных мужчин снова приехали. Хотят, чтобы ты их обслуживала.

Даша сразу поняла, о каких мужчинах идет речь, и ее буквально бросило в жар.