Каждый охотник

Ко, не отворачиваемся от сетки, Глебас, спиной – к задней линии, лицо смотрит на сетку, Май, приставными шагами, Борь, я не поняла, ты в первый раз, что ли, на тренировке? Все как всегда, не спим!

Под энергичный инструктаж блондинки они успели сделать захлест голени, бег с подниманием колен, растяжку сухожилий голеностопного сустава, и Глебас с Борькой, и Коко уже были примерно такими же взмокшими, как Майка, когда на корт вбежала Агата Пажмантер – веснушчатая красотка с красно-рыжими волосами.

Стоя возле сетки и подтягивая ступню к попе в позе «аиста», уставшая и обливающаяся потом Майка скрипнула зубами. По сравнению с Агатой, которая всегда приходила в чем-то новом, – и откуда у нее столько теннисных шмоток, а главное, денег? – она чувствовала себя ужасно некрасивой и, честно говоря, надеялась, что та сегодня не придет.

Одна радость: судя по тому, как угрожающе набухло серо-желтое небо, четырехчасовая тренировка отменяется. В преддверии дождя соленый влажный воздух осел в чаше корта, и ветер свирепо перегонял его из одного конца в другой, со всей силы задувая в мокрые макушки ребят.

– Как спалось, ваше величество? – Татьяна Олегович взмахнула ракеткой. – Ничо, что сейчас уже почти десять утра?

– Девять сорок еще только, Татьяна Борисовна! – крикнула Агата и по свирепому кивку блондинки побежала на соседний пустой корт.

Краем глаза Майка заметила, что Борька с Глебасом, под напором ветра гнущиеся в позе «аиста», все-таки нашли в себе силы повернуть шеи в сторону Агаты. Борька даже изобразил неуклюжее застенчивое помахивание ракеткой, которую, несмотря на указание блондинки, все еще держал в руке, чуть не упал, глупо засмеялся, и Майка разочарованно покачала головой: идиоты.

На голову ей упала первая тяжелая капля дождя, а потом еще одна и еще. Где-то над Очаково-Матвеевским мелькнула молния и прогремел гром.

Татьяна Олегович издала крик, подобный тому, который, должно быть, издавали команчи:

– За ракетки!

– Татьяна Борисовна! – воскликнула Агата с неодобрением.