Каждый охотник

«С такой силой и точностью удара ей надо было играть на профессиональных турнирах, а не тренировать детей в университетской сборной, – не без раздражения подумала Майка. – Что она тут делает? Нет, серьезно, что она тут делает?..»

Если бы блондинка захотела, это вполне мог бы быть последний Майкин визит на корт. Хорошо, может быть, не последний, ведь изгородь, скорее всего, смягчила бы удар, но все равно это было рискованно, тем более что после удара в голове у Майки что-то сместилось.

И в этом была вся блондинка: она обладала какой-то магической силой менять людей и предметы вокруг себя и делала это, на памяти Майки, далеко не впервые.

Эффект от ее удара не заставил себя долго ждать и в этот раз – очень странный эффект.

Майка смахнула волосы с лица: мир вокруг приобрел четкие грани, как будто бы к ее лицу прилила кровь. Воздух стал насыщенней, ветер щекотливо коснулся шеи и затылка, взъерошил волосы, в груди шевельнулся знакомый червячок. Это было предвкушение.

Ей страшно захотелось играть, желание отбить этот и другие мячи, как цветок, распустилось у нее в сердце. Ровно двадцать шесть ярдов от одной задней линии до другой, плюс ярда три до изгороди, за которой она стояла. Чем она в нее стрельнула?

Майка перевела взгляд на корт. Блондинка положила левую руку на свой плоский живот и склонила голову, словно пыталась разглядеть выражение Майкиного лица сквозь заросшие плющом ячейки железной проволоки.

– Полегчало?

– Да говорю же, полегчало, – пробормотала Майка и, недоверчиво поглядывая через правое плечо на блондинку и ее подопечного, побрела в ФОК переодеваться.

У нее было странное ощущение, будто Татьяна Олегович заглянула ей в душу, подкрутила настройки и по итогам своего маленького исследования решила пульнуть в нее коктейлем из хорошего настроения. А все-таки как грустно ей было с утра и какая, должно быть, хитрая бактерия сидит в ее голове, раз тревога перешла в наступление таким мощным укрепившимся фронтом, вырвалась на свободу и, как пламя, стала пожирать пути отхода: тоннели, вагоны, сны.

«Надо бы рассказать про татуированного бабушке, хотя, стоп, стоп, стоп, нет, не бабушке, точнее, не только бабушке». Словно ее осенила какая-то мысль, Майка на секундочку остановилась и задумчиво прикусила нижнюю губу. ФОК стоял на возвышении, откуда открывался вид на стадион, полупустую автостраду и четыре корта оранжевого цвета.