Муза

Подводила она меня нечасто, но сейчас категорически отказывалась отзываться. Мальцева узнала меня куда быстрее. Это радовало: значит, я не подурнела и в целом не изменилась. Ольга махнула мне рукой и привстала. Стоит признаться, что узнавание не мелькнуло во мне и тогда. Я всматривалась в миловидное личико и, увы, моей памяти было не за что зацепиться. Несмотря на это, я приветственно кивнула и вполне по-деловому протянула ладонь для рукопожатия.

– Не старайся. – улыбнулась Мальцева.

– В смысле?

– Чтобы вспомнить меня, придётся дорисовать образу очки, невыразительный тёмный цвет волос и килограмм двадцать во всевозможные места.

На явную самокритику получилось ответить дружеской улыбкой: мысленно я уже представляла перед собой Ольгу Мальцеву, независимую и свободную от общественного мнения. Некоторое время мы присматривались друг к другу, и, только пройдя своеобразный ритуал ознакомления, получилось продолжить.

– Ты здорово изменилась. – вынуждена была признаться я и всё же присела за столик. – Если бы ты сказала «Клякса», я бы узнала тебя куда раньше. – припомнила я её студенческое прозвище. Оля, выразительно округлив глаза, согласилась.

– Ну да, моя любовь к чёрному цвету осталась в прошлом. А вот ты совсем не изменилась. Величественная и отстранённая. Пожалуй, сейчас это ощущение даже усилилось. До сих пор удивляюсь, как тебя занесло в экономический ВУЗ.

– Ну… это всё же случилось. Так, о чём ты хотела поговорить?

– О да, разумеется.

Оля поставила перед собой рабочий портфель и извлекла оттуда несколько листов с цифрами.

– Когда я принялась проверять твою кредитную историю и платёжеспособность, наткнулась вот на этот рублёвый счёт. – Оля указала пальцем на имя владельца. – Он был открыт четырнадцать лет назад, и регулярно пополняется.

Я мысленно присвистнула, оценивая масштаб.

– Да, муж открыл совместный счёт, когда мы расписались.

– Ну вот. Я оценила сумму на счёте и, извини, по сравнению с ним просто смехотворный размер твоего займа и пришла к выводу, что ты чего-то не знаешь.

– Ну… приятный сюрприз, ничего не скажешь. – немного растерянно была вынуждена согласиться я.