Так, как должно быть

– Мама, прошу тебя, не надоедай девушке, – начал я, подойдя к матери и Анне уже на улице.

– Ну что ты, Николя, она мне совсем не надоедает, – уверила меня Анна и, зная ее, понял, что это действительно так.

– Николя? – Мама не могла такое пропустить. – Это интересно, – тут же продолжила она, глядя на меня. Мы с Анной даже не нашлись, что ей ответить, но маме и не требовался ответ, она, как ни в чем не бывало, продолжила говорить. – Анна, обязательно приходите с бабушкой ко мне в лавку, раз она такой тонкий ценитель прекрасного.

Чарльзу и Норе сей разговор не был интересен и, попрощавшись с моей мамой, они спокойным шагом направлялись к зданию банка, о чем-то разговаривая.

– Обязательно, – согласилась Анна. – Было приятно с вами пообедать.

Мама отпустила руки Анны, они обнялись, и девушка тактично отошла.

– Ник, – начала мама, повернувшись ко мне, она сделала паузу. – Или Николя? – она изучала мою реакцию с улыбкой, я держался равнодушно, но в итоге не смог не улыбнуться в ответ.

– Она для меня очень хороший друг, – объяснил я, стараясь сохранять серьезное лицо и не выдать тот факт, что я сам млел от этого «Николя».

– Я так и поняла, – лишь ответила мама.

И я посадил ее в машину – водитель ждал всё это время у ресторана.

С тех пор раз в неделю я посвящал свой обед маме, слушая ее рассказы об отце и Алексе, рассказывая ей о работе, об отношениях с Барбарой. Эту часть мать в основном молча слушала и отказывалась давать советы, кроме «чаще говори с ней о своих чувствах», или «будь терпимей, она еще очень юная», хотя в ее взгляде читалась фраза «я же говорила».

– Ты не думаешь, что поторопился со свадьбой?

Я не сразу ответил, прокручивал несколько раз в голове, прежде чем смог сформулировать что-то осознанное.

– Ты про возраст или про выбор? – задал я вопрос, посмотрев ей прямо в глаза. Она сидела напротив меня в том самом японском ресторане, где мы впервые встретились в обеденное время.