Шахматы. Чёрная королева

Таких женщин, как ты, нельзя оставлять одних надолго.

– Даже не спрашиваю почему. А ещё ты сейчас так заманчиво рассуждаешь, что вскоре я успею усомниться в том, что Юра меня любит.

– На твоём месте я бы серьёзно об этом задумался уже сейчас. Сколько тебе?

– Девятнадцать.

– Горе луковое… – неодобрительно качнул он головой. – Куда только родители смотрели…

– Папа сказал, что женщине не к лицу болтаться без статуса, что женщина должна быть или, как минимум, обручена, или замужем.

– Хотел бы я посмотреть на этого папу… – незнакомец в задумчивости потёр подбородок с едва проклюнувшейся щетиной.

– А ты, конечно же, выберешь себе зрелую особу, – язвительно потянула Марта, обидевшись на его слова.

– Я знаю только одно дело, которым можно заняться с тобой и тебе подобными, и это, поверь, не женитьба.

– Не стоит. Я тебя поняла. И всё же ты ко мне несправедлив. Я личность, а не только милое дополнение к успешному мужчине.

– Ты красивая, и от тебя больше ничего не требуется. Запомни этот факт и пользуйся им в любом удобном и неудобном случае.

– Считаешь, что я ничего из себя не представляю? – вдруг воскликнула Марта и в два шага нагнала лениво бредущего мужчину. Она дёрнула его за руку, но выдернуть ладонь из кармана растянутых шорт так и не получилось.

– Я считаю, что женщина в принципе не должна об этом задумываться, – с ленцой проронил он, – наслаждайся жизнью, получай удовольствие, радуй окружающих своим присутствием.

– А если я не хочу?!

– Тогда тебе не стоило слушать папу, выходить замуж и идти за своим мужчиной, скромно потупив взгляд.

– Ты говоришь очень обидные слова.

– Так, докажи, что я неправ, – самодовольно усмехнулся мужчина и испытующе изогнул брови.

Марта надменно фыркнула и нетерпеливо отвела взгляд.

– Вот ещё! Кто ты такой?!

– Ну, это уже другой разговор, – понимающе кивнул он и качнулся на пятках, явно проворачивая в голове сказанные слова.

И на этом замолчал. Молчала и Марта, а потом она вдруг резко дёрнулась, словно в предвкушении, в ожидании чего-то. И так замерла, будто со стороны наблюдая за тем, как мужская рука медленно и плавно поднялась, как потянулась к её лицу, как в собственническом захвате твёрдые пальцы удержали шею.