Лекарство от скуки

Если документы при себе, можете уже сейчас отправляться в отдел кадров и…

– Герман Юрьевич, дорогой, если вы не против… – Несмотря на мягкость голоса, я решительно продвинула папку с документами по столу. – Боюсь заблудиться в тёмных коридорах власти. Будьте так любезны… – Я подтолкнула бумаги к самым кончикам его пальцев и надавила, позволяя разгадать намерения.

Каверин благосклонно склонил голову. Протеже некоторых людей нельзя отказывать в такой мелочи, и он сумел-таки выдавить из себя вежливую улыбку.

– Секретарь передаст ваши документы в отдел кадров, но завтра…

– Завтра я непременно всё заполню, всё подпишу и завизирую. – Заверила я, внимательно глядя в его глаза.

Мужчина прищурился, он потерялся в сомнениях, пытаясь разгадать, чего же я хочу… Опустил взгляд к папке с документами и замер в немом испуге.

– Измайлова? – Не справляясь с эмоциями, вскинул Каверин взгляд и нервно сглотнул. – Та самая? – Неуверенно выговорил он, хмурясь и попутно ослабляя узел галстука.

– Страна знает своих героев? – Неприятно усмехнулась я, и Каверин подскочил со своего кресла.

О-о, он мог бы сказать мне много нелестных слов, но сейчас предусмотрительно промолчал. Он очень любит свою работу. Ещё больше любит должность и её полномочия.

Справившись с эмоциями, Герман Юрьевич уселся обратно за стол и теперь смотрел на меня без ложной вежливости, опаски.

– Так вот вы, значит, какая…

– Какая? – Вызывающе подалась я вперёд.

– Самое удивительное, что я даже и не знаю… – Тихо признался Каверин, устало усмехаясь.

 – Тогда, пять лет назад, только о вас все и говорили, а вот я даже и представить не мог, о ком идёт речь. Как так вышло, что мы даже не пересекались?

– Я практически уверена, что те самые пять лет назад вы не единожды поблагодарили за это судьбу. За то, что не встретились, я имею в виду.

– А я вижу, вы не сожалеете?

– Сожалеть? О чём?

– Сколько голов тогда полетело?.. – Невесело улыбнулся Каверин. – Сколько достойных…

– Так, я-то здесь ни при чём.

 – Развела я руками. – Это система. Это она в лучших традициях медицины торопится иссекать очаг поражения вокруг гнойника. Не разбираясь, невзирая на имена и заслуги.

– Бергман… Моисей Борисович… ваш наставник. Его тоже не жаль? Сколько сил он вложил, сколько знаний…

– Уйти из института было его решением. – Отрезала тоном я и тут же оскалилась. – Да и вам ли судить? – Прищёлкнула языком. – Считайте, с моей подачи вы заняли это кресло.