Побег

– Что ж, – сказала она, одарив меня легкой улыбкой, от которой на ее носу заплясали веснушки. – Поеду заселюсь в свою комнату, и до конца дня у меня останется еще немного времени.

– Надеюсь, тебе понравится в Берлине, – сказал я и тут же почувствовал себя третьесортным гидом-экскурсоводом. Я что, нервничаю? Если даже и так, то уж точно не из-за Лии. Я, наверное, вообще немного не в себе. Джетлаг[3 - Синдром смены часового пояса.]. Да, голос моего отца по телефону не сулил ничего хорошего. Одна мысль о том, что между мной и родителями неизбежно случится ссора, уже заставляла меня нервничать.

Я ненавидел ссоры.

– Спасибо! – ответила Лия и повернулась, чтобы отправиться к метро. Не делай глупостей, настойчиво уговаривал я себя, наблюдая, как она уходит. Шаг, еще один.

– Эй, Лия, – позвал я ее – к сожалению, не в мыслях, а вслух, достаточно громко, чтобы она услышала меня даже за стуком колес чемодана.

Отлично, вот это – самая настоящая глупость.

– Да?

Я сделал шаг.

– Давай я дам тебе свой номер? Ты сможешь позвонить мне, если тебе что-нибудь понадобится.

Она улыбнулась, в ее глазах читался немой вопрос. Нет, не вопрос. Смущение.

– Спасибо, со мной все будет хорошо, – она помахала свободной рукой на прощание.

Упс. Вот это от ворот поворот. Хорошо, что Даниель не видел. Он бы мне это еще долго припоминал.

Дверь за мной захлопнулась. Слишком громко в такой тишине. Неужели никого нет дома? Я попытался уловить голоса родителей или дурацкую музыку из комнаты младшей сестры.

Некоторое время все было тихо, затем до меня донеслось быстрое постукивание собачьих лап по паркету, и вскоре послышался лай и вой. Я присел и поздоровался с Баллуном, нашим золотистым ретривером. Он радостно набросился на меня и чуть не сбил с ног. Собака, скуля, дважды обернулась вокруг себя, а потом снова подпрыгнула.

– Я знаю, я тоже скучал по тебе, мой большой мальчик. Извини, что меня не было так долго, – я уткнулся носом в его теплую мягкую шерсть и нежно потрепал по бокам.

Хвост бился о мои ноги, и это короткое чудесное мгновение было прекрасным. Затем раздался голос матери:

– Ной! – послышались шаги, она появилась из-за угла, приветственно раскинув руки. Кажется, она недавно покрасила волосы – оттенок темнее, чем обычно. На ней было синее платье ниже колен. Она обняла меня, но я стоял, не шелохнувшись. Было заметно, что она напряглась. Мать отпустила меня и отступила на шаг.

– Ной, я… ты проходи.