Когда вдруг решил, что уже поздно

– Никогда бы не сказал… – вызывающе улыбнулся тот, и в который раз за вечер потёр указательным пальцем подбородок – жест глубокой задумчивости. – А что же… говорят, новый директор у вас. Как трудовой коллектив считает? Достоин?

– Игорь Александрович – прекрасный специалист. Но об этом говорит не коллектив, скорее… скорее, наши мастера, бригадиры, замы. Те, с кем он непосредственно общается. А работягам, кого ни дай – всё не то. Выскочка и папенькин сынок. Чаще слышится именно это. А вообще, время покажет.

– А вы себя, значит, к работягам не относите? Так, сортировщица? – намеренно открыто поддел Михаил, и Рита ядовито улыбнулась.

– А я не планирую задерживаться там надолго. Кстати, можно на «ты».

– Я так и понял, – улыбаясь, согласно кивнул мужчина.

Саша на минуту отлучился, а Воронцов пересел ближе. Смотрел вызывающе и нагло. А, выдержав время, но, так и не добившись безоговорочной капитуляции, подался вперёд, нависая над Ритой, и наклонился едва не к самому её лицу, поражаясь выдержке.

– Ты не похожа на глупую провинциалку. И на сортировщицу с консервного не похожа. А ещё скажу, что если бы Сашок не был так зациклен на своей лжи, то непременно бы это заметил.

– Что ещё?

– А ещё мне отчего-то кажется, что не очень-то ты и расстроишься, когда он бросит тебя здесь одну.

– Бросит? – Рита презрительно фыркнула и невозможно задрала подбородок. – Он обещал показать мне мир, подарить вечную любовь и…

– А ты забавная… – Воронцов улыбнулся не так, как минуту назад.

Она пожала плечами

– Каждый развлекает себя, как может.

Мужчина хмыкнул и неодобрительно покачал головой.

– Только Саше об этом не говори. Он расстроится.

– Никто не любит, чтобы его использовали, – взяв и повертев в руке вилку, Рита отшвырнула её обратно на стол.

– Да. Но ты особенно коварна.

– С чего бы? Удовольствие взаимно. Никто не в обиде.

– Сомнительное удовольствие быть пешкой в чужой игре.

Рита заинтересованно глянула на мужчину и с подозрением прищурилась.

– Неужто тебе приходилось быть такой вот пешкой?

– И у меня была молодость. И у меня была первая любовь.

– Ты несправедлив к противоположному полу.