Аська и Лихо

Она от мира почти не зависит!

– Так ты и по мирам ходить умеешь и домой меня давным-давно мог сам отвести? – осенило Асю мрачное подозрение.

– Ходить – могу, отвести домой – нет. Я в твоем мире никогда не был, – беспечно отбоярился Лихаэль от важного вопроса, как от сущей мелочи.

– Так, может, это и есть мой мир, только страна другая? – неуверенно уточнила Ася. Надежда, конечно, глупое чувство, но так хотелось поверить в чудо.

– Нет, это точно не твой, запах другой, с твоим не сочетается, – нетерпеливо перебил ее убийца надежд и снова потребовал ответа: – Где и что тебе здесь щекотно?!

Аська глубоко вздохнула раз, другой, третий, медленно выпустила воздух из груди и ткнула в направлении плиты:

– Вот там.

– У-у-у, – загорелся предвкушением новой игры первопредок.

– Эй, странная парочка, вы что на закрытой территории делаете? Как пробрались-то? К мемориалу доступ только через пятикружье открывается! – потребовали ответа из кустов с левого края поляны.

Почти тут же зеленые ветви раздвинулись, выпуская пожилого мужчину в темно-зеленой форме странного фасона.

Такой на Земле точно никто не носил: очень короткая куртка и едва ли не от подмышек начинающиеся штаны. И некие знаки различия, больше всего напоминающие кривые снежинки черного цвета, присобаченные не в качестве погон на плечах, а на воротнике-стойке.

«Да, это точно не Земля!» – вынужденно признала Ася.

Что именно сказал абориген, она поняла, но совершенно четко поняла и другое: говорил он совсем не на русском.

Впрочем, откуда у нее снова взялось знание чужой речи, сейчас Покрышкину не интересовало. Почему-то стало очень обидно и все на миг-другой потеряло смысл. Наверное, такое случается, если подыхает, не успев толком возродиться, надежда.

– Простите, мы нездешние, – извинилась девушка, пока Лихо не учинил чего-нибудь непотребного. – А что за мемориал? Эта плита?

– Этот холм, – мрачно поправил человек, прихрамывая, подходя к нарушителям. – Туристы, что ль, с Загралья? Тут последний рубеж обороны Салига проходил.

Здесь все легли, кто живой стеной против орд тутрихских встал.

– Так здесь братская могила? – догадливо предположила Ася, понятия не имеющая ни о Салиге, ни о тутрихах, но превосходно знавшая, что такое великая война и насколько святы бывают ее памятники для помнящих и чтящих прошлое.

– Весь холм братская могила, – мрачно уронил собеседник, – как огнем тургаров их накрыло здесь, так после землю и камни от плоти отделить невозможно было.