Цена свободы – любовь

Алия от этой улыбки поёжилась, но мужа не оттолкнула. – Однажды разбойник пришёл в его дом и вырезал всю семью, Али. – Прошептал он, то ли пребывая в азарте рассказчика, то ли в каком-то сладостном предвкушении от её реакции. – Я был в его доме тогда. Какие-то переговоры, уже и не помню толком, да и неважно сейчас. – Безразлично пожал он плечами. – Это было страшно.

Алия нервно сглотнула, но попыталась это скрыть.

– Дай угадаю, ты спас его бесценную жизнь?

– Многие так считали.

– Многие, но только не ты?

– Моё личное мнение, что на его жизнь разбойник не претендовал, но спустя столько лет, это мнение уже никому не интересно.

Искандер не смел жену торопить, когда она обернулась, желая что-то разглядеть позади. Дорогу, по которой они двигались от ворот и сами ворота, утопающие в непроглядной темноте.

– Всё в порядке? – Уточнил и Алия подняла к нему обезумевший от ненависти взгляд.

– Эта дорога пропитана кровью. – Прошептала, а Искандер наградил её взглядом исподлобья.

– Я ничего не вижу.

– Возможно… Но ты не можешь её не чувствовать. – Пробормотала она, едва ворочая языком. Вдохнула глубоко и побледнела, словно пытаясь сдержать тошнотворный порыв. – Идём, невежливо заставлять уважаемого человека ждать нас в столь позднее время.

Она шаг вперёд сделала, а муж остался на месте стоять. Сам стоял и её удержать смог.

– Что я должен знать прежде, чем мы войдём?

– Ты всё знаешь, Искандер. – Демонстративно легко и свободно улыбнулась Алия и его грудь словно тисками сдавило.

– Гордая… – Не одобрил он её задумку и тут же решительно выдохнул. – Что бы ни случилось, держись как можно ближе ко мне. – На ухо шепнул прежде, чем Алия снова сорвалась с места.

Они ступили на слепящий своим блеском мраморный пол, когда хозяин дома появился на роскошной лестнице. Старик. Обычный старик, пусть и завёрнутый в шелка. Обычный смертный, пусть и носил на своих пальцах камни, достойные украшать сокровищницы самых могущественных людей мира. Его лицо было украшено россыпью морщин, старыми шрамами и серебряной бородой.

Старик широко улыбался и раскинул руки в жесте радушия.