Чудачка

Молодой мужчина, настроенный привычно поиздеваться над бывшей одноклассницей, уяснил, что привычная забава не удалась. Кажется, унизил не он, а его. И вместо того, чтобы отступить или обернуть издевку шуткой, повел себя совершенно не по-взрослому. Возможно, свою роль сыграл старый шаблон поведения, толкнувший его «на подвиги».

Изо рта Толика полилась отборная брань, смысл которой сводился к сакраментальному «сама дура!».

Надя даже не оскорбилась и не расстроилась. Она давно уже привыкла не реагировать остро на подначки людей.

А не то неизбежно оказалась бы в психиатрической больничке с нервным срывом. Наоборот, девушке неожиданно вспомнились старый анекдот про женскую логику скандала и фраза «сама решила, сама обиделась».

На фоне сегодняшнего волшебного явления Сил неостроумные издевки и брань бывшего одноклассника показались Надежде ничтожно мелкими и не стоящими внимания. Она заулыбалась и так, с улыбкой, зашагала дальше.

А Толя все разорялся и доорался-таки до результата. Но совсем не того, на который изначально рассчитывал.

Хлопнула дверца машины, и из нее выскочила очень эффектная златовласая девица со стрижкой каре и впечатляющими формами.

Бросив кавалеру:

– Ты тут еще легкие потренируй, а я спешу! – Девушка стремительно понеслась от авто и скандалиста, выстукивая каблучками по асфальту задорную дробь.

– Люба! Стой! Подожди! Я!.. – растерянно вякнул Толя, собрался было бежать, сделал два шага, вернулся к машине, торопливо захлопнул двери, чтобы включить сигнализацию.

И безнадежно опоздал! Красотка уже скрылась за углом магазина, впрочем, как и Надежда с простой фамилией Последняя.

Блондинка догнала Надю и, пристроившись рядом, заговорила:

– Привет и спасибо! Не знала, как от Толика отмотаться. Липнет хуже жвачки на юбку. А тут такой шанс подвернулся! Здорово ты его опустила! Тусклой серостью обозвала! Такой он и есть! Я, кстати, Люба! А ты – Надежда! В нашей компании только Верки не хватает!

– У меня мама – Вера, – поддержала разговор Надя, невольно заразившись энтузиазмом бойкой девицы и ее желанием общаться, отливающим ярко-желтым и пахнущим апельсинами.

Попутно поняла, что в очередной раз сделала и сказала нечто, истолкованное окружающими превратно. Обижать Толика ей не очень-то и хотелось, она просто-напросто, как обычно, сказала чистую правду.

– О, блеск! – восхитилась Люба. – А фамилия у тебя – вообще закачаешься! Вот взять мою – Болотова, так ее вечно с ударением на второй слог произносят, куда ни явись.