Возрождение Тёмной

 – Тебе нужно прочитать это… Но сначала поесть! Восстановить силы!

Мэйцзюнь взяла миску с кашей и протянула ее ко рту Чживэй. Та послушно отпила немного жидкой каши, но все еще не отводила взгляд от сестры. Мэйцзюнь заметно покраснела, явно нервничая.

– Поешь и читай, потом отдохни. Скоро вернется Чжунъян, наш дорогой старший братец, он будет так рад видеть тебя в полном порядке!

– А родители?

Тут Мэйцзюнь окончательно смешалась.

– Может быть, мама зайдет, но вот насчет отца не уверена.

Ты же знаешь… знала, у него всегда много дел в нашей торговой коалиции. Он едва успевает поесть иногда.

Мэйцзюнь совсем не умела врать. Отговорка звучала разумно, но то, как девушка заикалась и смотрела куда угодно, но не на Чживэй, выдавало ее с головой. Значит, с родителями у нее не лучшие отношения? С отцом так точно.

– Поешь и поспи еще немного, тебе нужно восстановить силы. – Мэйцзюнь положила письма на стол рядом с колокольчиком. – Здесь то, что ты просила передать.

Мэйцзюнь вновь выглядела сдержанно, словно бы вспомнив о привычной для нее роли. Она только нагнулась ближе и порывисто обняла Чживэй еще раз.

– Ох, сестра, хорошо, что ты в порядке. Я так скучала по тебе эти дни. Так сильно скучала, словно кто-то вонзил мне в сердце иголку, и я никак не могла найти себе покоя. У меня нет никого ближе тебя.

Чживэй не сдержала улыбку и нежно прижалась к сестре. Мэйцзюнь кинула на нее еще один быстрый взгляд, после чего направилась к выходу.

Проследив, как элегантно Мэйцзюнь удаляется, Чживэй заставила себя сделать несколько глотков жидкой рисовой каши, затем отставила миску и потянулась к письму, волнующему ее гораздо больше еды.

Сверток из желтоватой и тонкой бумаги издавал тихий шелест. Чживэй развернула его, начиная читать. Изящно выведенные иероглифы приветствовали ее.

«Избегай врага днем – он духом силен,

Нападай, когда душа его стремится к покою».

Чживэй с недоумением перечитала строку.

Странная фраза выбрана для приветствия.

«Мой долг и мое сердце находились в смятении.

Хотела бы я не беспокоить тебя, милое Отражение.

Однако куда бы ни шла, где бы ни спала

И что бы ни ела – рядом было Оно,

Грязной земли дыхание смердило мне в ноздри

Предупреждение: умрут все.

Маменька, папенька, возлюбленные братья и сестры…

И было видение – я не помеха свету.

Солнечный отблеск больно делает

Моим кровавым глазам.