Враг невидим

Лица обглоданы до кости – песчаным гулям нравятся языки и глаза. Личных знаков ни на одном. Да что там знаки – даже мундиров нет. В лагере уже побывали местные, подчистую вымели всё, что показалось мало-мальски ценным, поэтому и трупы полуголые… Да, Такхемет – это вам не благородная Махаджанапади, здесь другие нравы…

Бумаг тоже нет, сгорели вместе с офицерским шатром. Кто здесь стоял, чей был лагерь, какого полка? По грязным подштанникам не определишь.

– Капитан! Сюда! Смотрите, сэр, кого я нашёл!

Рыхлое бело тело лежит лицом в песок, кверху голым задом.

На жирной ягодице непристойная татуировка.

– Видите, сэр! – по-детски радуется солдат: удалось угодить командиру. – Это интендант Додд! Это его задница! Я сам в бане видел, такую ни с чем не спутаешь!

Да, тут уж не поспоришь – задница примечательная, сразу бросается в глаза.

Ну, вот она и нашлась – пропавшая полурота лейтенанта Пулмана…

Это было отвратительно. Веттели казалось, будто его медленно, но верно затягивает обратно трясина, из которой он только что чудом выбрался.

Днём он ещё мог с этим бороться, но война пробралась в сны. Он стал просыпаться по три раза за ночь, дрожащий и мокрый как мышь. Сюжеты своих кошмаров почти не запоминал – только общее ощущение смертельной опасности, страха, крови и грязи. После таких снов наутро болела голова, и вокруг глаз ложились синие круги.

Скоро Эмили заметила неладное.

– Берти, что у вас за вид? Вы здоровы? Если вы завтра же не сходите к Саргассу, я его сама к вам приведу, так и знайте.

Я не шучу.

К Саргассу он, конечно не пошёл, а пошёл к профессору Брэннстоун – не знает ли она случайно средства от дурных снов.

Ведьма смерила его скептическим взглядом и высказалась в том духе, что средство от дурных снов она «случайно» знала ещё до того, как выучилась читать и писать, и незачем было мучиться целую неделю, надо было сразу прийти. Проколола ему палец швейной булавкой, кровью вывела на белом листе бумаги огамическую букву «гетал», пробормотала трижды «Великий мир вам», бросила бумажку в камин, плюнула туда же… И Веттели, наконец, вспомнил, как профессор Мерлин ещё на третьем курсе учил их избавляться от дурных снов, и они с большим увлечением плевались профессорский камин.

Так что мог бы и не беспокоить коллегу, а проделать всё самостоятельно. Вышло бы даже лучше. Потому что магия мисс Брэннстоун оказалась несоразмерно сильной.