Ты со мной?

Тогда я еще не собирался ей помогать, только наблюдал. Даже в сундук на колесах пришлось превратиться, чтобы она вопросов не начала задавать.

– Сундук на колесах? – недоверчиво переспросила Криста.

– Да, там с такими многие ходят. Кстати, удобная штука, если под рукой нет коня, чтобы тяжести тащил. Некоторые гладкие и блестящие, а некоторые из кожи животных, и размеры разные, а цвета…

– Крун, – одернула парня Хель.

– Нда…Так вот, тогда я еще не собирался вмешиваться. Но когда магия вокруг поползла, и дом начал ходуном ходить, я понял, что нужно действовать.

А то мы могли так и не дождаться, пока наша пташка сама решится в дверь войти.

– Все это очень странно, – стучала по столу точеными ноготками Хель. – Зачем кому-то покушаться на неофита? Ведь совершенно неизвестно, что из нее выйдет и выйдет ли еще. Уж извините, Зоя. Да, ее потенциал я вижу, но дело еще может по-всякому повернуться. Может быть, она вовсе не захочет принимать дар. Кто знает?

– Я не захочу? – удивилась я.

Принимать дар – звучало неплохо, многообещающе. Почему это я могу отказаться? Я, с детства мечтающая о волшебстве? До сих пор помню, как по ночам подглядывала за игрушками в надежде, что увижу, как они оживают, пока никто не видит.

Во взгляде Хель скользнуло смущение. Крун очень уж увлеченно занялся изучением конфеты в руках. Даже Криста глянула на меня с некоторым сочувствием и тут же вскрикнула:

– Ой, да у тебя кровь идет, – девушка указывала на мой лоб. Я провела по нему рукой, и на пальцах осталась кровавая полоса.

– Я только временно ее подлечил, – виновато пояснил Крун, – Вы же знаете, я не слишком это умею. А ты, Зоя, зря целый бокал выпила, алкоголь разрушителен для магии.

– Мог бы предупредить, – огрызнулась я, и парень еще больше смутился.

– Криста, помоги нашей гостье, проводите ее в свободную комнату, – мягко проговорила волшебница. – Потом вместе с Круном сходите на рынок, найдите ей подходящую одежду, на бедняжке даже обуви нет.

Зоя, вы попали к нам в сложные времена, но надеюсь, наш прекрасный, пока еще прекрасный, мир придется вам по вкусу.

В голосе Хель звучало дружелюбие и тепло. Вообще, от нее веяло какой-то нежностью, будто греешься в лучах ласкового, еще не жаркого весеннего солнышка. Уходить от нее не хотелось. Но не истекать же тут кровью.

Я встала, покачнулась, и неловко опрокинула бокал с остатками лимонника. Бокал кувыркнулся в воздухе, но до пола долетел.