Убийство в снежном городе

И подсолнухи искусственные росли за плетнем.

Внутри в маленьком кафе предлагалось на выбор нечто вроде бизнес-ланча, только выбор супов, вторых блюд и салатов был очень большим, и «собрать» свой обед можно было в любом виде. Внутри и печка была, и деревянные столы-скамьи, но тут уже Русью не пахло, здесь была чистая австрийщина или швейцарщина. Ну, не считая еды, конечно.

Все это девушкам скорее понравилось, а почему бы и нет, голодному путнику или горнолыжнику только в радость, когда все чистенько, тепло и красиво.

Дом бабы Онисьи был бревенчатым и очень светлым, бревна отливали и серым и светло коричневым в лучах зимнего солнца. Но красой его были окна: ярко синие резные наличники с белыми узорами и крапинками придавали домику веселый и радостный облик.

На стук в дверь сначала никто не ответил. Потом кто-то заохал, зашевелился, зашуршал. Отворила дверь невысокая пожилая женщина с остриженными ежиком волосами, крашенными в темно бордовый цвет, с яркой вишневой помадой на губах.

Девушки не успели поздороваться, как она закивала:

– Звонила уж Любаша. Сказывала, что придете. Заходите, вот сюда, не споткнитесь о порог. – И живенько поспешила в комнату впереди подруг.

– Звонила? – удивилась Саша.

– А ты думаешь, мы тут в глухом лесу живем? Мы в городе, девонька. – и женщина засмеялась, показав на мобильный телефон, лежавший на столе. – Садитесь, чай пить будем.

– Ой, пожалуйста, не надо чаю, мы так наелись, и тете Любе обещали чай пить! – взмолилась Соня.

– Ну, не надо, так не надо! Ты, выходит, будешь Серафимина внучка? – внимательно оглядела она Соню. – Помню, маленькой еще приезжала сюда.

– А я вот совсем не помню. – вздохнула Соня. – Так вы- баба Онисья? Я немного по-другому вас представляла… Можно я спрошу, а сколько же вам лет?

– Мне-то? 89 исполнилось.

Девушки переглянулись. Этой женщине 89?? Может, их дурачат и сейчас выйдет согбенная старушонка, а это ее дочка, или соседка.

– Тетя Люба сказала, что вы знаете местные истории.

Женщина снова развеселилась. – Сказала, небось, Любаша, что я старая баба яга, которая чахнет над преданиями?

– Нет, конечно, засмеялась Соня. – Но… да, если честно, мы подумали что-то такое.

– Я, девоньки, была секретарем парткома на местном заводе. Это сейчас завода нет, а в давние времена хорошее производство было. Что, опять удивились? А потом я работала учительницей истории, я, между прочим, истфак закончила.