Кто убил Белую Даму?

Интересно, поженились Лучия и Нино? И как сложилась их жизнь? Женаты ли они до сих пор? Теперь понятно, почему Элена Виллани не хочет огласки, чтобы дочь, а главное, зять не узнали о распродаже. Она не хочет подпускать Нино Коллини к коллекции мужа, умершего по его вине. Еще и деньги наверняка на благотворительность отправит. Вот все и выяснилось, ничего мистического!

Саша спустилась вниз, в гостиную, где проснувшийся Лука попросил разрешения принять душ, после чего он будет готов идти на праздник и вообще куда угодно.

***

По дороге в город они заглянули к соседке, и Саша познакомила Луку с Элизой. Та отказалась от предложения подбросить до города: поедет на своей машине, как потом домой возвращаться, а у них, у молодежи, интереснее дела есть, чем возить старую соседку.

На машине путь до Вольтерры пролетел за пару минут.

Глядя, как вырастает ярусами древний город, Саша подумала, что Тоскана – это исторические слои, сложившиеся один за другим.

Этруски, потом римляне, потом средневековье и Ренессанс-Кватроченто. Вольтерра словно в музее демонстрировала эти слои: вот римские руины, там, за высокой насыпью, прячутся этрусские пещеры, паутина средневековых улочек то вверх, то вниз разбросалась по старому центру, вознесся над городом Ренессансный собор.

В городе на высоком холме все время ветер, и если летом он освежает, то в ноябре заставляет кутаться в пальто и куртки и искать укрытия в маленьких кафе с соблазнительным запахом кофе.

Вот и они первым делом нырнули в двери крохотного бара, согреться традиционной крохотной чашечкой «un caff?»

Слушая, как Лука, словно со старым знакомым, обсуждает с барменом ветра Вольтерры, Саша впервые заметила главное отличие комиссара от карабинера Никколо. Нет, совсем не профессия. Никколо, куда бы ни забросила его служба, везде был приезжим. Наверное, он так же чувствует себя своим в родном Риме, но в долине Гарфаньяна, в Равенне, в Лигурии он был человеком со стороны.

С Лукой, за исключением Чехии и недели в Венеции, Саша всегда встречалась «дома», это была его земля, его Тоскана, даже с незнакомым барменом они были одних корней, все общее, вино, сыр, холмы, старые борги, Данте, в конце-то концов… И насколько же типичным флорентийцем был ее спутник! Выше среднего роста, русоволосый, в другой стране его никогда бы не приняли за итальянца.