Я остаюсь. Мелодия для флейты и виолончели

Над зеркалом надпись: "не превышай габаритов!" Габариты у них с Катькой одни, только та чуть выше. Сорок четвёртый размер в сорок семь лет – это не всем удаётся. Неужели сорок семь?.. Катьке тридцать два, а её до сих пор, если не за школьницу, так за студентку принимают. И Лера самой младшей в отделе считается, хотя из них шестерых, только двое старше неё. Мама тоже всегда юной выглядела, хоть и поседела рано…

* * *

В первый раз папу арестовали, когда Лера училась в пятом или шестом. Во дворе ей рассказали, что её отец – изменник Родины.

Лера боялась не за папу, а за маму. Она даже хотела бросить школу, чтобы не оставлять её одну. Мамины волосы стали белыми за несколько дней, сама она пожелтела и так исхудала, что страшно было смотреть. Она совсем не могла спать. Потом она не смогла ходить на работу, а потом и с постели не вставала.

Приехал из Воркуты дядя Валентин, мамин брат. Он с трудом добился, чтобы ей дали на работе отпуск: отпуск не давали – не по графику, больничный тоже – диагноза нет, собирались уволить за прогулы.

Их соседка по квартире, баба Марина, старая балерина на пенсии, не отходила от мамы и терпеливо, по капле, вливала в неё морковный сок и куриный бульон.

По вечерам приходил возбуждённый дядя Валентин, садился около маминой постели, гладил её по белым волосам и говорил: всё отлично, Малыш, они подавятся собственным лаем! Скоро Сашку отпустят, ты должна привести себя в норму, а то он испугается, и убежит назад.

Через месяц с лишним папу отпустили, не сумев ничего доказать. Теперь уже он не отходил от мамы, которая, казалось, впала в беспробудный сон.

А потом они снова зажили прежней счастливой жизнью, и Лере стало казаться, что всё это было просто наваждением.

Родилась Катька, а мама так и осталась худенькой смешливой девушкой. И никому бы в голову не пришло, что ей уже сорок и что она одной ногой стояла за чертой жизни – если бы не седые волосы.

Когда папу опять арестовали, мама перенесла всё не так тяжело. То ли она была готова к повторению, то ли пятилетняя очень живая и забавная Катька не давала ей замкнуться на своём горе.

Снова приехал дядя Валентин.

С рождением Катьки трёхкомнатная квартира стала полностью принадлежать их семье, а баба Марина, которая жила теперь в соседней, по-прежнему была своим человеком.