Ночное такси. Киноповесть

Видит, как он, сев в машину, снимает "гребешок", отключает аварийные огни и трогается с места.

Она ещё долго смотрит за стекло, но уже не на то, что можно увидеть глазами.

Через несколько метров машина сворачивает в арку, едет по засаженному старыми деревьями двору и останавливается у подъезда.

Над дверью всё ещё горит фонарь, хотя нужды в нём уже нет – утро вступает в свою силу.

Выйдя из машины с пакетами под мышкой, и, нажав на кнопку брелока, Лев включает сигнализацию. Машина мелодично пискнув, отпускает своего хозяина на отдых.

Он открывает кодовый замок и входит в просторный гулкий подъезд. Широкие лестницы с ажурными решётками, старый лифт – за решётчатой же дверью.

В глубине парадного – стол, на нём лампа с абажуром, рядом тахта. На тахте, прислонившись к спинке, дремлет над книгой пожилая женщина.

Услышав стук двери, она просыпается и кивает вошедшему:

– Доброе утро, Лев Сергеевич. Вам телеграмма, поздно вечером принесли. Вот.

– Спасибо, Елена Марковна.

Зажав сложенный вчетверо листок губами, он поднимается к лифту, одновременно нащупывая в связке нужный ключ.

– Как работалось? – Вахтёрша не прочь бы немного поболтать с этим милым мужчиной, но, зная его немногословность, не ждёт ответа, а сама отвечает за него новым вопросом-утверждением: – Ездоков, поди, немного – начало недели…

Но Лев неожиданно останавливается, поворачивается к ней и говорит:

– Ездоков всегда достаточно, Елена Марковна. – Помолчав немного, решается на вопрос: – Елена Марковна, вы в бога верите?

Женщина удивлена, оживляется, приготовившись к разговору.

– В бога?.. Что это вы, Лев Сергеевич, какой бог? Человек – вот бог. Каждый сам себе бог. Двадцать первый век на носу, а вы – бог!.. Это всё от нечего делать… Бог… Народ как с ума свихнулся – в церковь попёр. Космос, атом, человека вон в пробирке выращивают… Бог! Что это с вами? Вы ж образованный человек…

Разговора не получается. Монолог повисает в воздухе. Лев, опустив голову, идёт к лифту, открывает дверь.

– Всего доброго, Елена Марковна.

Елена Марковна, поняв, что перегнула и упустила случай поточить лясы, спохватывается:

– Погодите, Лев Сергеевич, а что это вы вдруг?..

Но тот уже захлопнул лифт, и светящаяся кабина медленно ползёт вверх.

Лев, открыв большие двойные двери, входит в просторную прихожую и включает свет.

Слева – вешалка, на ней зонт, плащ, куртка. Под вешалкой, на темном пыльном паркете – несколько пар мужской обуви.