Мужчины и женщина

Ну, разве что, в своём кабинете и в строгом деловом костюме… Я была бы не прочь познакомиться поближе и с одним, и другим – у меня уже давно нет интересного общества… Хотя, вот Егор – он, правда, ещё не собеседник, но слушатель весьма благодарный.

Егор… Я переключилась на него, на перемены, происходящие не только в его манерах, но и во всём его существе, и которые заметны не мне одной.

* * *

Мои функции «воспитателя» заключались не так в помощи по выполнению уроков, как в наблюдении за тем, чтобы домашняя работа была организованной, без отвлечения на посторонние занятия.

Когда нас представляли друг другу, отец сказал:

– Марина Андреевна будет учить тебя тому, чему не учат в школе или учат недостаточно хорошо. Любые вопросы, которые тебя будут интересовать, задавай Марине Андреевне. Она ответит тебе на них более полно, чем я или учителя.

Вот таким образом меня поставили в положение всеведущей, и, скажу честно, приходится соответствовать.

Поначалу никаких вопросов просто не поступало. Егор отбывал повинность выполнения уроков и только и ждал, когда же я слиняю и оставлю его одного. Мне пришлось провоцировать его любознательность всеми возможными способами. Похоже, отроку всё же понравилось, как я рассказываю о том, о чём знаю, и как нахожу – и учу его находить – ответы на любые вопросы. Что-то я откапываю в своей памяти и жизненном опыте, что-то – в познавательных программах телевидения, в научно-популярных фильмах, что-то мы ищем с ним вместе в книгах и энциклопедиях, которыми забит дом.

Кстати, вспомнила я, на днях отец Егора пожаловался, что сын был замечен в выходах на порносайты.

– Как с этим быть? – Спросил он меня.

– А как вы поступили? – Задала я встречный вопрос.

– Первым делом хотелось наорать и запретить, но я сдержался… С трудом, но сдержался. – Добавил он после паузы. – Ваше влияние распространилось и на меня.

– И?..

– И вот, жду вашего совета.

– То есть, вы ничего Егору не сказали?

– Я сказал, что Марина Андреевна тебе всё объяснит, а пока убери это.

– И что Егор?

– Он очень просил вам не говорить.

– Ладно, – сказала я, – вы мне ничего не говорили. Я подумаю, как с этим быть.