Любовники

Римма посмотрела на Веру с недоумением, её глаза наполнились слезами, она бросила недоделанный бутерброд на стол и выбежала из комнаты.

Валя робко выговорила Вере:

– Зачем ты так? Ты же знаешь…

Вера, чувствуя вину, но не желая её признавать, огрызнулась:

– Не знаю. Лично мне лично она ничего не говорила.

– Я тебе говорила. – Всё так же робко, но укоризненно, сказала Валя.

Дина поддержала Валю:

– Иди, извинись.

– Не пойду. Подумаешь, цаца! Сама виновата – нефига дурой быть с такими, как этот.

Валя поднялась и вышла из комнаты.

Вера, с детства усвоившая, что лучшая защита – это нападение, переключилась на Дину.

– А тебе-то Кокон автомат поставил за так, или тоже клеит?

– Может, за так, а может, и клеит, – спокойно ответила Дина, не прерывая чаепития.

– Темни-ишь… Так клеит или за так? – Не унималась Вера.

– Я бы на твоём месте пошла за Риммой и попросила бы прощения.

– А ты что, тоже про Римкин аборт знаешь?

Дина едва не поперхнулась бутербродом, но не подала виду, что ошарашена известием.

Она выдержала паузу и произнесла медленно между глотками горячего чая:

– Знаю… не знаю… Какая разница… Главное, что ты… знаешь и колешь.

– А нефига… Сама дура, нашла, с кем спутаться…

Открылась дверь, и вошли Валя и Римма. Вера, демонстративно прихлёбывая чай в прикуску с шоколадом, воззрилась в окно.

***

Ближе к вечеру Дина достала из тумбочки зеркало, осмотрела внимательно своё лицо, протёрла его кусочком ваты, смоченной миндальным молочком, запах которого так любила с детства – у мамы было точно такое же, в такой же стеклянной бутылочке.

Карандашом подправила брови и нарисовала стрелочки на верхнем веке. Потом раскрыла картонную круглую коробку с пудрой и прошлась белой пуховкой по лицу. Розовой помадой едва коснулась губ и принялась покрывать розовым перламутровым лаком ухоженные ногти.

Вера с Валей, по-прежнему склонившиеся над книгами и конспектами, с завистью поглядывали на Динины действия.

Вера, не умеющая подолгу молчать, нашла повод:

– Счастливая, Динка! Теперь и ногти можно красить и ни фига не делать…

Римма, читавшая на постели книгу, подняла взгляд на Дину, но ничего не сказала.

Дина тоже смолчала. Она подошла к своему шкафчику.

– Ты куда это собираешься? – Домогалась Вера.

На бесцеремонную Веру в этой комнате не находилось управы. Валя не смела рта раскрыть против, поскольку была у неё в положении… подшефной, что ли.