За Танцующим туманом

Ококлин слабо пискнул, но не сдвинулся с места. Я вздохнула.

– Он прав, Шмелек. Я не хочу, чтобы с тобой что-то случилось.

Мои волосы зашевелились. Я почувствовала, как маленькие лапки ползли вверх, к моей макушке. Понятия не имела, что задумал ококлин, ведь я не могла его видеть. Но вдруг он взволнованно вскрикнул и взлетел, только чтобы вскоре улететь тем же путем, по которому он явился сюда.

Теперь я была еще более расстроена, чем раньше. С каких это пор Шмелек просто так подчинялся, когда я прогоняла его?

– Бедная моя внучка! – Призрачный голос Фидрина заставил меня вздрогнуть.

– Заткнись, – рявкнула я на него. Мне нужно было подумать.

К сожалению, Император хаоса не собирался исполнять мое желание.

– Я это чувствую, понимаешь? – весело проговорил он. Его черные когти скребли по серебряным прутьям решетки. – Кассардим становится слабее. Еще немного, и эта клетка больше не сможет меня удерживать.

– Полезно знать, – прорычал Илион.

Ухмылка расползлась по физиономии Фидрина.

– Во-первых, вы вряд ли на это способны. А во-вторых… – Он начал расхаживать взад и вперед по своей клетке. Дымящиеся щупальца следовали за ним, словно шлейф. – Мертвым я не смогу передать Амайе информацию, которую она так отчаянно ищет.

Все внутри меня напряглось.

– Откуда… ты знаешь об этом?!

Резко схватившись за прутья решетки, Фидрин посмотрел на меня своими кружащимися безднами.

– У меня… – сказал Ноар. Его губы шевелились, но из его рта вырывался не его голос. Это был Фидрин. – У меня есть свои источники.

Мое сердце болезненно сжалось, остановилось, а затем снова забилось с тревожным стуком. Если бы оно не колотилось так сильно, у меня возникло бы искушение принять все это за ночной кошмар, но так мой карточный домик из лжи и оправданий рухнул сам по себе, оставив меня совершенно беззащитной.

– О, черт возьми, – выругался Илион.

Я не могла произнести ни слова.

Вдруг Ноар взревел. Не от боли. От злости. Его тело изогнулось. Его воля и собственный голос прокатились по подземелью.

– УБИРАЙСЯ ИЗ МОЕЙ ГОЛОВЫ!

Отчаяние в его приказе потрясло меня до глубины души. Фидрин зашипел от боли и отступил в заднюю часть своей клетки. Затем принц Теней обессиленно погрузился в себя.