Тихий омут

Наши враги обрели нового лидера, и он в данный момент сидел со мной за одним столом.

– Кроме всего прочего, мой клиент всего за несколько недель до своей неожиданной кончины попросил меня внести небольшое дополнение в его завещание. Оно касается одной весьма ценной вещи, которую я до сих пор хранил у себя для мистера Харриса. Эта вещь, – он подал знак секретарю, который тут же вырос рядом с серебряным подносом в руках, – также должна быть передана его дочери Ариане. Он сказал, она знает, что с ней сделать.

Секретарь протянул мне поднос. На нем стояла небольшая шкатулка. Очень красивая, сделана она была из разных пород дерева с металлической застежкой. Тристан разглядывал ее, сузив глаза. Что бы в ней ни лежало, он об этом не знал.

– Ари, я думаю, будет лучше, если ты не…

Его предупреждение заставило меня замереть. В этот же миг застежка сама собой раскрылась. Меня схватили руки в татуировках. Что-то взорвалось и осветило пространство вспышкой пронзительного зеленого света.

Когда я вновь открыла глаза, все, что увидела перед собой, – это широкую грудь и галстук.

– Всё в порядке, Моррисон? – спросил Райан. Я кивнула и выглянула из-за его плеча.

Ничего в обстановке комнаты не указывало на то, что в ней только что прогремел взрыв. Ни пожара, ни пятен сажи, ни поломанной мебели. Лишь плачущая сотрудница за письменной машинкой и доктор Роттенбах, с открытым ртом уставившийся на место, где секунду назад стоял его секретарь.

– Я… прошу прощения, мисс Моррисон. Подобное не должно было произойти в «Роттенбах и партнеры», – заикался нотариус, приходя в себя. И в первый раз я задалась вопросом, как много этому изюмчику было известно о кознях моего отца и праймусах. Поскольку он, судя по всему, был шокирован вовсе не тем, что произошло с его секретарем, а что это просто произошло.

– Да-да, уже поняли. Вы типа не имеете к этому никакого отношения, – бесцеремонно перебил его Райан. – Мы тут закончили?

– Да, конечно, – поспешил заверить его доктор Роттенбах. Тристан возник у меня в поле зрения, загородив место, где стоял пропавший секретарь.

– Ари, нам нужно поговорить.