Неукротимый шторм

 – Сначала отведи меня на кухню. А твоего мастера я потом сама найду.

Вместо меня это обещание сдержала случайность. Потому что, когда мы вошли на просторную кухню, Бел как раз насыпал хрустящие шоколадные хлопья в глубокую миску.

– Доброе утро, Ари. Я надеялся, тебе удастся немного поспать после волнительной встречи вчера вечером.

Я ни секунды не сомневалась, что Фиона моментально представила ему подробнейший отчет. Однако я была настолько же уверена, что сам наш разговор Тристан отгородил ото всех непроницаемым барьером.

– Какая это волнительная встреча? – любопытно поинтересовался Пиппо.

– Молодой человек… – строго вздохнул Бел, – как там поживают террасы?

Мальчишка второпях схватил чашку, сунул ее в кофеварку и принялся дико жать на кнопки.

– Мисс Ари захотела кофе, – выдал он свое алиби.

Бел сложил руки на груди.

– Ну, кофемашина и сама по себе будет работать, даже если ты ее отпустишь.

Пиппо отдернул руки от кофеварки и запихнул их в карманы брюк.

– Конечно, мастер Белиал. – Угрюмо повесив голову, он ушел.

Я с упреком взглянула на Бела.

– Прежде чем ты обрушишься на меня со своим неодобрением, – защищался праймус, – тебе следует знать, душа этого паренька еще принадлежит ему, его дядя хорошо о нем заботится, а Пиппо подрабатывает тут только на каникулах, чтобы заработать побольше карманных денег.

Этим предложением он и правда ответил почти на все мои вопросы. Почти.

– Где его родители?

Лицо Бела стало мрачнее.

– Ты не захочешь этого знать. – Он подошел к холодильнику и достал графин свежего молока.

– Они умерли?

Шоколадные хлопья потрескивали, пока Бел заливал их молоком. Затем он выбрал подходящую к миске столовую ложку и начал стоя поглощать свой завтрак. Мой вопрос был профессионально проигнорирован.

– Слышал, ты получила подарок, – пробубнил он вместо этого с набитым ртом, кивнув в сторону посудомоечной машины. Перед ней стоял серебряный чемодан.

– Что за это потребовал Тристан?

– Ты не захочешь знать, – парировала я его же фразой. Бел отреагировал на это одобрительным кивком и набрал следующую ложку хлопьев. Но, почти поднеся ее ко рту, он все-таки передумал и опустил ложку обратно в молоко.

– Пиппо – сын Силин.

ЧТО?!

Бел пожал плечами, что ясно выражало: «Сама виновата».