Флешка

Папа отвечал: «Замолчи! Сколько можно, всю жизнь ноешь, так нужно для дела, сама знаешь. Зачем травишь себя? Не так уж он нам мешает, сидит в своей комнате, живет в компьютере».

Василий ненадолго умолк, осунулся еще больше, покраснел от волнения и стал обводить рисунок на ламинате носком кроссовка. Потом провел ладонью по лбу, глубоко вдохнул и продолжил:

– Как мне это было услышать? Как понять? Это же моя мама, мой папа. Они не просто не мои, они чужие, ненавидящие меня люди. Кто они такие? С кем я прожил до двадцати семи лет? Не могу понять.

Наташа в первый раз в жизни немного растерялась. Какой дать совет? Что же можно посоветовать в такой ситуации? Просто сказать, что ничего страшного, ты справишься, все наладится. Она была просто в замешательстве.

– Вася, я хочу сказать…

– Вася, Вася, – перебил он, – вот имя-то какое придумали, специально, чтобы смеяться надо мной. А я-то думал, почему с детства так ненавижу свое имя? – Он был таким растерянным, не смотря на возраст, казался полненьким, беззащитным подростком, которого хотелось приобнять, пожалеть и даже защитить.

– Васька, Васёк, все во мне не так: толстый, некрасивый парень, неинтересный. За что меня любить?

«Стоп, вот уже зацепка для работы», – подумала Наташа.

– Подожди, Вась, не надо сразу возлагать чужую вину на себя. Ты-то тут причем, если твои родители говорят такие гадкие слова, в голове не укладывается: «Лучше бы собаку завели». Да что же это такое? Давай разбираться, как жить дальше.

Василий, чуть приободрившись, заерзал в кресле и попросил воды.

Наташа принесла чай для гостя. Они, молча, с удовольствием приступили к лакомству сладостями, думая об этой тайне, которая теперь оказалась известной только им двоим. Офис по-домашнему наполнился легким дымком из красивых чашечек с чаем, запахом печений с орехами и шоколадных конфет: «Белочка». На улице погода начала портиться и в пластиковое окно стучал ветер, его было не слышно, а видно, как он лепил снежинки к стеклу, заставляя их сползать вниз и совершать причудливые, завораживающие движения.

– А как родители относились к тебе с детства? Было что-то непонятное?

– Нет, я рос обычным ребенком, как все: садик, школа, университет. Везде отличные оценки, сначала от желания удивить маму, а потом привык хорошо учиться. Мама всегда была холодна со мной. Это только сейчас ясно могу осознать.