Солнечный луч. На пороге прошлого

 – Я так взволнован, душа моя, чрезмерно взволнован, боги!

Я рассмеялась, слушая причудливое сплетение двух языков, на котором говорила сама. Теперь я могла оценить в полной мере, как слышали меня дети Белого мира.

– Друг мой, когда будете говорить с людьми, старайтесь упростить свою речь. Часть слов вы произносите на родном языке, не имея аналога на местном. Я говорю так же, потому сразу же поясняю то, что другим непонятно. Кое к чему они уже привыкли и понимают, но немного – это все-таки чужой для них язык.

Учтите это.

– Да-да, вы правы, – снова покивал Элькос, но мне подумалось, что он особо не уловил смысла.

– И не оскорбляйтесь, когда вам станут тыкать, – всё равно продолжила я. – На «вы» друг к другу здесь обращаемся только мы с вами. И сами говорите «ты», иначе вас попросту не поймут.

– Разумеется, – не стал спорить магистр, и я поднялась с кресла.

Скрыв зевок за тыльной стороной ладони, я потерла лицо и, забрав книгу, произнесла:

– Оставлю вас. Малыш уже давно успокоился, а я чувствую, что усну, едва коснувшись подушки.

Доброй ночи, дорогой друг.

– Девочка моя. – Он посмотрел на меня и склонил голову. – Благодарю вас. Ваша помощь бесценна для меня.

– Пустое, – отмахнулась я. – Всегда рада быть вам полезной. Доброй ночи.

– Доброй ночи, дайнани, – ответил хамче.

Преисполненная благодушия, я вернулась в спальню. Отправив книгу под подушку, я уже намеревалась лечь, но взгляд мой вновь упал на спящего супруга. И снова я любовалась им. Сердце мое таяло от нежности и желания обнять его, провести ладонью по волосам, коснуться губами приоткрытых губ, а после уткнуться носом в плечо и заснуть под звуки тихого спокойного дыхания и завывания ветра.

Я даже уже потянулась к Танияру, но… передумала. Попросту вспомнила, как он оттолкнул меня, и опять обиделась. Уже не так сильно, однако вредность вернулась вместе с воспоминанием.

И я, улегшись в кровать, повернулась к дайну спиной, решив ни за что не отступать от данного обещания, чтобы поутру не видеть ироничный взгляд.

Сказала, никаких поцелуев, значит, без поцелуев. Вот первый обнимет, тогда, так и быть, оттаю, но не раньше. Именно так, и никак иначе. Удовлетворенная своим решением, я закрыла глаза и вздохнула, приготовившись уплыть в блаженную негу сна…

А потом теплая мужская ладонь опустилась мне на бедро, переползла на талию и скользнула на живот. Танияр прижался к моей спине и, уткнувшись носом мне в макушку, пощекотал дыханием.