Солнечный луч. На перекрестке двух миров

Но это в отместку, вы, разумеется, помните. И негласно.

В общем-то, особо долго повествовать об этом государстве и его правителях я не стану, в этом нет необходимости. А вот о принцессе Бранде могу сказать, но тоже немного, ибо Ее Высочество в мою бытность при дворе интереса для Камерата не представляла. Когда я исчезла, ей едва исполнилось семнадцать. Помнится, посол Атавера как-то отзывался о принцессе как о милой и скромной девушке, воспитанной в лучших традициях. Он намекал на возможность союза, однако тогда это было не ко времени.

А после моего исчезновения, выходит, время пришло.

Я спрашивала Элиен, нет ли у нее портрета юной королевы, из любопытства. Однако портрета в обители не имелось, возможно, по причине той самой ревности. Впрочем, она уверяла, что после приступа сего недоброго чувства молилась Матушке и снискала благодать. Но на появлении портрета Ее Величества это никак не сказалось. Он попросту был не нужен дочерям Богини. Оставалось довериться послу. В любом случае я желала супруге Ива Камератского терпения, сил и душевного покоя.

Во мне ни ревности, ни соперничества, ни даже сожалений не было.

Главную свою задачу королева выполнила – понесла. И если вспомнить, сколько детей желал король, то ходить ей в тягости еще несколько последующих лет. Оставалось надеяться на ее отменное здоровье и что Ив не поступит с ней так, как желал поступить со мной, чтобы устранить от всякой деятельности. В конце концов, Бранда угрозы для его единоличной славы и величия не представляла.

Возможно, у нее будет больше свободы. Правда, и разочарований немало, зная привычки нашего государя.

– Пусть Богиня не оставит нашу королеву, – от чистого сердца пожелала я тогда.

Ну и более сказать мне нечего. Разве что, по рассказам Элиен, свадьба отмечалась шумно и щедро на протяжении нескольких дней. Отзвуки празднеств докатились и до Ленсти. В городе по этому поводу было гулянье с бесплатной выпивкой, угощением и танцами.

– Сестра Элиен, – одна из дочерей, сегодня дежурившая у ворот, вошла в трапезную.

Все взгляды устремились на нее, но уже через мгновение все, кроме меня, потеряли интерес и вернулись к прерванной трапезе и негромкой беседе. Я же продолжала слушать то, о чем говорила привратница. – Прибыл посыльный от вашего кузена.

– Благодарю, – ответила старшая дочь и, бросив на меня взгляд, улыбнулась.

И я ощутила удовлетворение – принесли мои новые документы. Элиен кивнула сестрам и вышла из трапезной.