Протокол 06 «Ева»

 – Чем дальше и быстрее двигаешься, тем выше вероятность встретить самого себя, догнав исходную точку своего появления.

– Ты в это веришь? – спросила Нина.

Орлов пожал плечами:

– Если речь об энергетическом теле, то… да. Я – энергия, перемещаюсь по круговой траектории и догоняю свой собственный энергетический след. Дежавю, родовая память, сны, в которых видишь себя в других мирах, в прошлой жизни, или в будущем. Что это, если не постоянный поток информации, курсирующий по замкнутым линиям вселенной?

Нина улыбалась:

– Мы стали ближе к самим себе из прошлого или из будущего примерно на двадцать тысяч световых лет.

Люблю тебя.

К ним внезапно подошёл знакомый капитан:

– Младший лейтенант, до отбытия на планету зайдите к начальнику станции.

– Есть. Иду. Что случилось? – взволнованно спросил Вадим.

– Ничего, всё хорошо, – офицер улыбнулся. – Вас хотят поздравить с успешным началом службы.

– Иди, мой герой, – отпустила Нина мужа. – Я буду ждать тебя здесь.

Орлов усмехнулся и направился за капитаном, но в какой-то момент обернулся и взглянул на жену.

Она стояла, опираясь рукой на перила и скрестив стройные ноги. Форменный костюм облегал её спортивную фигуру, тугая коса гладких волос цвета карамели лежала на груди. А за её спиной томным голубым светом сиял шар планеты.

– Дежавю, – прошептал Вадим.

Так ясно показалось, что он уже видел эту картину. Только тогда в ней не было цвета. Была фигура женщины, тонкий полукруг перил под её рукой и этот шар на пустом пространстве.

Будто рисунок на белой бумаге графитовым карандашом…

* * *

– Голубчик! – Пётр Германович всплеснул руками, войдя в комнату своего больного. – Только очнулись и сразу рисовать!

Александр дрожащей рукой водил карандашом по бумаге. Балашов обтёр лицо мальчика влажным полотенцем, подал ему горячее питьё и забрал из рук рисунок.

Молодой граф был одержим странными образами. Особенно в те моменты, когда жизнь его висела на волоске. В прошлый раз после бреда от высокой температуры рисовал летающие экипажи, высокие здания в сто этажей и весьма точные звёздные карты.

К удивлению всех четырнадцатилетний Александр понимал астрономию с первых строчек и уже знал астрономическую навигацию не хуже гардемарин морского кадетского корпуса.

А сейчас, пока мальчик делал глотки липового чая с мёдом, доктор присел рядом с ним и разглядывал рисунок, совсем не похожий на другие.

– Милейшая особа, хоть и одета в мужскую пижаму.