Хранитель талисманов 2

Договорился, чтобы мать Наташи подольше не выпускали. Пусть лечится основательно, дома ей пока делать нечего. Потом оплатил сразу весь курс лечения и оформил солидный благотворительный взнос. Главврач заверил его, что к пациентке будет особое отношение.

Всю дорогу назад девочка молчала, поглядывая на Велехова то с опасением, то с удивлением, но, поднимаясь в квартиру, сама остановила его и спросила:

– Можно, я у тебя переночую?

Хотя до ночи было ещё очень далеко, Никита утвердительно кивнул. Он и сам не собирался отпускать Наташу домой до разговора с её отчимом.

Девочка прискакала через пять минут с вещами и сразу заняла ванную на час. Она ещё купалась, когда приехала Елена. Вид выходящей из ванной комнаты Наташи её впечатлил. Одетая в полотенце девочка открыла дверь, весело сказав:

– Никита, я есть хочу!

И на этом тоже застыла, глядя на Елену. Потом пришлось долго выслушивать и объяснять, что ничего здесь не было. Елена в результате всё поняла правильно, но первым делом задумалась о сплетнях.

Наташе было глубоко наплевать на мнение соседей по поводу её пребывания у молодого симпатичного мужчины, но Елена всё-таки уговорила её вернуться домой на следующий день. Рано утром, когда девочка ещё спала, Никита поднялся наверх и позвонил в квартиру. Покачиваясь и потирая опухшие глаза, отчим открыл дверь и уставился на парня вопросительно.

– Тебе не интересно где твоя дочь? – мрачно спросил Никита.

– Наташка мне не дочь, ты чё не в курсе? – до сих пор полупьяный мужчина злобно оглядел соседа.

– Она придёт домой, – мягко добавил Велехов, – и ты никогда больше её не ударишь.

Отчим удивлённо хлопнул глазами.

– В эту квартиру ты больше никогда никого не приведёшь.

– Ты чё?.

Он не успел закончить. Горло и звук вместе с ним намертво перекрыли пальцы Никиты. Изо рта мужчины потекла слюна, которой некуда было уходить.

– Когда вернётся её мама, – мягко продолжил Велехов, поднимая отчима Наташи на вытянутой руке, – ты тоже никогда больше её не ударишь.

Ноги мужчины оторвались от пола, и глаза налились кровью из-за лопающихся от удушья сосудов. Никита молчал, слушая, как сердце человека в отчаянной попытке удержать жизнь, неистово бьётся в груди. Это ощущение запоминается надолго. Каждый удар равен шагу смерти. Когда она подходит, каждый из нас знает, что вот этот удар, который сейчас будет… последний.

Никита разжал пальцы. Почти бездыханное тело глухо ударилось о пол.