Солнечный луч. По ту сторону мечты

– А где же он, где?! – воскликнула я, и эхо прокатилось под сводами, зазвенев множеством льдинок. Их чистый перезвон на мгновение заполнил пещеру, а затем всё стихло.

– Что ты видишь? – спросила меня Ашит.

– Здесь был мужчина, – уже тише произнесла я, слабо отдавая себе отчет, что вновь перешла на родной язык. Слишком сильны были эмоции, чтобы следить за тем, что и как я делаю. – Он был невероятно прекрасен! Я так хорошо рассмотрела его! Но потом он исчез. И теперь я вижу застывшую воду. Ах, как бы мне хотелось говорить на твоем языке, Ашит! Ты ведь ни слова не понимаешь, а я так хочу услышать ответы на свои вопросы.

Ашит, что же это такое? Куда делся мужчина в короне? Я же видела его, видела!

И вновь хрустальный перезвон наполнил пещеру, почти заглушив мои последние слова. А когда воцарилась тишина, шаманка улыбнулась:

– Белый Дух услышал твое желание. Я понимаю тебя.

– Но куда он делся? Я же видела… Желание? – осеклась я. – То есть я могла попросить, о чем угодно?

– У молитв и просьб нет границ.

Лишь Отец решает, какие из них исполнить, – ответила Ашит.

– И я могу еще попросить? – насторожилась я.

– Можешь. У людей всегда есть много просьб, но Белый Дух слушает лишь те, которые идут от сердца. Твое желание было именно таким, и Создатель его исполнил. Попробуй попросить еще раз, но не обижайся, если Он тебя не услышит.

Итак, что я заполучила? Знание языка. Неплохо, но не то, чего бы мне хотелось на самом деле. Не совсем то. Больше всего, мне хочется понять, что со мной произошло, и как я тут очутилась.

А лучше всего – вернуться домой. Да, это было бы просто замечательно. И я, поклонившись, заговорила:

– О, Повелитель снегов и льдов, молю тебя исполнить мою просьбу. Верни меня туда, откуда я пришла.

И замерла, ожидая чуда. Его не случилось. Я осталась стоять там, где стояла. Ашит развела руками, показав, что ничего не вышло, но это я поняла и без нее.

– Я говорила, – улыбнулась шаманка.

Раздосадованная неудачей, я едва не плакала. Мне ведь и вправду хотелось бы вернуться домой.

Поджав губы, я некоторое время пыталась справиться с раздражением, а потом воскликнула:

– Я прошу тебя! Верни мне память! – ничего не изменилось. – Верни! – закричала я, едва не плача, и несколько сосулек, упав на пол пещеры, разлетелись с противным дребезжанием, ничем не напомнив тот мелодичный перезвон, который я слышала раньше.

– Не гневи Его! – Ашит схватила меня за руку. – Нельзя приказывать Отцу всего сущего.