Пока не погаснут звезды

Когда он злится, бордовый полностью заливает радужку, не оставляя от карего цвета даже крапинки. И когда возбужден тоже. Но сейчас он не злится и не сгорает от желания. Лицо его умиротворено и спокойно, как и сам луг, как ласковое солнце над нашими головами.

Мои пальцы чуть сжимают широкое плечо парня, затянутое в светло-зеленый комбинезон курсанта космической академии, исследуют упругие мышцы, скрытые мягкой тканью. Мне нравится изучать его тело пальцами, нравится смотреть в необычные глаза, они завораживают игрой цвета радужки.

– Егор…

Так звали того парня. Егор…

– И всё такая же красивая… стерва.

Морок луга развеялся, и я, открыв глаза, изумленно огляделась. Но никого рядом со мной не было. Странно. На том лугу Егор называл меня, как угодно, только не стервой.

– Стюард.

Робот тут же выплыл из своего укрытия и завис рядом, ожидая моих пожеланий. Хотелось спросить, не было ли сейчас кого-то рядом со мной, но тут же передумала, сама себе показавшись чокнутой.

– Свободен, – досадливо отмахнулась я, но не успел робот исчезнуть, как я вновь поманила его. – Принеси выпить.

– Напитки какой планеты желаете? – вежливо осведомился стюард.

– Нашенской, – криво усмехнулась я, использую уже даже не анахронизм, а настоящий реликтизм. – Водки принеси. И не вздумай разбавлять.

– Смею заметить, что крепость данного напитка…

– Я сказала – водку, – отчеканила я.

Стюард исчез, чтобы через мгновение вернуться с подносом и заказанным напитком на нем. Забрав стопку, я разом осушила всю порцию и, шумно выдохнув, устремила взгляд в иллюминатор, чувствуя, как по телу разливается тепло. Робот сунул мне под нос кружок соленого огурца, нанизанный на вилку. Еще одна дань традициям и моде. Я сняла огурец зубами прямо с вилки, не удосужившись взять ее в руки, и махнула рукой, приказывая стюарду убраться прочь.

Закрыв глаза, я снова попробовала задремать, но сон уже не шел. Мои мысли унеслись на тринадцать лет назад, в мою далекую юность, когда мне было всего семнадцать лет. Прекрасное было время, беззаботное, светлое, чистое. Мой отец получил назначение на место ректора Третьей Космической Академии, и мы перебрались из шумного города, расцвеченного миллионами огней, в тихое местечко, изолированное от всего мира, как все территории космоакадемий.