Нефилимы. Дилогия

– Странно, что это на нее нашло? Обычно Софира тиха, как призрак. – Недоуменно пробормотал Джеймсон.

– Я предполагаю, обычно она редко сталкивается со своим прошлым. – Хмыкнул Габриель.

– А вы встречались раньше? – Вскинула бровь Микаэлла, окидывая пристальным взглядом светловолосого охотника.

– Мы нет. Но, прекрасно зная историю моей семьи, могу предположить, что Софира приняла меня за одного дальнего родственника, сыгравшего печальную роль в ее прошлом.

– И что же это была за роль? – Подтолкнула напряженно Микаэлла, заранее предвидя ответ.

– Палач. Ему был отдан приказ убить женщину МоринГрей и ее ангельскую дочь. Задание было выполнено не до конца. И теперь, похоже, я буду расплачиваться за сей досадный промах.

– Но прошло столько времени… – Начала Микаэлла, но Габриель ее раздраженно перебил.

– Я похож на своего предка, как две капли воды. Меня и назвали в честь него из-за поразительного сходства. – Он расстроено провел рукой по волосам, безнадежно стараясь их пригладить.

 – Уверен, что Совет сыграл со мной злую шутку, прекрасно осознавая, с кем я столкнусь. И вот вопрос! Для чего им это понадобилось?

– Может, какая-то ошибка? – Предположил Джеймсон. – Но даже если и нет, я все равно проверю. И если это будет возможно, я запрошу перевод…

– Не стоит. – Габриель сверкнул своей мальчишеской улыбкой. – Ошибки прошлого необходимо исправлять. И я не сбегу от своих.

Подхватив с пола рюкзак со своим немногочисленным скарбом, Габриель легко направился в свою новую комнату.

ГЛАВА 3

Софира летела над ночным городом. Слезы ярости застилали глаза, а сильные крылья со свистом рассекали холодную тьму. Позади она слышала спор близнецов, что летели за ней чуть поодаль, не решаясь ее тревожить.

Как мог Совет допустить такое? Как посмел? Им прекрасно была известна история МоринГрей – Энжелс. И он… Он так похож на того, кто был повинен в смерти ее матери и последующих ее гонениях. Сколько раз она сражалась за свою жизнь с ним… Не с ним, а с его прародителем! Они были так похожи, что Софира окончательно запуталась.

У нее раскалывалась голова от мелькавших образов перед глазами. Кровь… Повсюду кровь и среди всего хаоса тело ее матери. Бездыханное. Такова кара падших и их избранниц. Смерть.

И он. Габриель Энжелс возвышается над осколками ее жизни с окровавленными клинками в руках. Его глаза были темнее и жёстче, а волосы, наоборот, отливали серебром.