30 дней

Ревность! Моему Господину не знакомы человеческие чувства! Он не знает ни любви, ни ревности, ни боли, ни ненависти, ни презрения. Он никогда не лжет, даже если в этом будет для него польза. Пожалуй, мне впервые пришлось испытать на себе всю силу его ярости, если это было яростью. Скорей, сильное недовольство…

– Почему ты смеешься?

– Потому что ты не угадал, – ответила я, вытирая слезы. – Всё дело в том, что я принадлежу ему и лишь ему. Никто не смеет прикасаться ко мне. И я не могу прикасаться к кому-то, кроме него.

– Но это лишь доказывает…

– Что он не терпит, когда его женщин трогают чужие руки, ничего больше. Я одна из многих, глупец!

– И все-таки его сила лишь у тебя, – сухо ответил воин.

– Награда за преданность, – отмахнулась я. – Ни разу за все годы служения ему я не нарушала его правил и законов.

Мой похититель прошелся по купальне, присел на бортик каменного бассейна и рассеянно провел ладонью по водной глади. Проследив за его движением, я поднялась на ноги. Ткань платья скользнула по бедру, и оно отозвалось легким зудом.

Я незаметно почесалась и шагнула в сторону воина. Он обернулся на звук звякнувшей цепи.

– Как ты смог освободиться? – спросила я, но бывший пленник лишь пожал плечами. Однако я не желала отставать. – Ты не мог выбраться сам. Дверь…

– Лежала там, куда ее отбросил Темный, – усмехнулся воин.

– Господин сказал, что ты больше ему не нужен и умрешь.

– Я слышал. Стража решила, что я обессилен и никуда не денусь. Они кинули меня на тюфяк и ушли, не озаботившись ни тем, что я еще жив, ни тем, что дверь так и валяется на полу, – он развернулся ко мне лицом и теперь с явным интересом рассматривал.

 – Что было в том вине?

– Понравилось? – ухмыльнулась я.

– Что бы ты ни подмешала, но оно помогло мне, – уверенно ответил бывший пленник. – Я столько раз призывал свою силу, но она не отзывалась. Я пытался освободить себя, потом просто исцелиться, хотел защититься от тебя, но у меня ни разу это не вышло. А когда стражники переговаривались, что я даже выползти из темницы не смогу, я ощутил приток силы.

Как только они ушли, сел и осмотрел себя. Следы от ожогов исчезали на глазах. Попытался встать на ноги и это вышло. Я призвал свою силу, но она вновь молчала. Тогда я вышел из темницы и пошел в противоположную сторону той, откуда слышал голоса стражи. Шел наугад, пока не услышал шум воды. Оказалось, что на улице идет дождь. Знаешь, Игнис, я никогда не слышал лучшего звука, чем дробь капель по пыльному стеклу.