Когда камни меняют цвет

– У кого?

– Так знамо у кого, – страж посмотрел на советника, как на несмышленое дитя. – То с отцом разговаривала, то с мужем. Перед одним винилась, что позором стала для рода, перед вторым каялась, что не полюбила его, пока был рядом. Это товарищ мой сказывал, он у темниц стоит, мимо двери ее ходит часто. А потом затихла. Думали, помрет с горя, но ничего очухалась. Давно уж не плачет, только тенью ходит. Не бранится, ничего не просит. Чего принесут, тому и рада. Смотритель ей, вон, повадился книги таскать, так и не улыбнулась даже.

– Не выдам, – усмехнулся Дин-Таля, думая, что из этой поездки он вернется без невесты, но зато полный чужих тайн. – Стало быть, ни разу за эти годы не показала дурного нрава?

Страж пожал плечами, после отрицательно мотнул головой, и полюбопытствовал:

– А чего спрашиваете, высокородный риор? Зло на лейру держите?

– Почему так решил? – с ответным интересом посмотрел на него Дин-Таль.

– Так уж больно хотите про нее дурное услышать, – усмехнулся простолюдин. – Вот мне и подумалось, что зло затаили. Только зря это. Нет в ней корысти. Если и было чего, то со слезами вышло. Вон, смотритель наш, так и увивается вокруг. То поддержать на лестнице хочет, то книгу ей несет, то сам на прогулке приглядывает. Хотела б лейра, уже б чего только в своей темнице ни имела, а то и вовсе в его покоях жила… Ой.

– Не выдам, – заверил Дин-Таль, едва сдержав смешок.

– А она «благодарю» да «спасибо», и ничего больше. Не надо ей этого.

– Ясно, – кивнул советник.

Он спустился во двор и вскоре покинул Тангорскую крепость, спеша заняться тем, для чего был отправлен госпожой в это путешествие.

Глава III

Тангор стоял в часе конной езды от Тангорской крепости. Это был небольшой город, несмотря на то, что стал центром округи. Род Тангор, некогда владевший этими землями, исчез более ста лет назад, оставив потомков только по женской линии.

Постепенно замок разросся до размеров крепости из-за близости границы с Эли-Хартом, и жители окрестных деревень и Тангорина спешили укрыться за высокими стенами крепости Тангор, если наступали тревожные времена, и враг подступал слишком близко. И тогда на стены вставали все мужчины, оказавшиеся в крепости.