Солнечный луч. Дорогой интриг

Он поселил ее неподалеку от себя и выказывал милость, так карая жену…

– Но это же несправедливо!

– В чем вы видите несправедливость, дитя мое? – спросил граф. – В том, что они оба нарушили брачный обет, или в том, что Рагнесса была наказана за то, что чуть не посадила на трон Камерата ублюдка? Нет, Шанни, между изменой короля и королевы большая разница. Учтите это и запомните – государь не прощает предательства, даже фавориткам. Такой пример тоже был, и я как-нибудь расскажу вам об этом, а пока закончу уже начатую историю.

Итак, Рагнесса жила в своих покоях, получала содержание, но полностью лишилась внимания супруга. Спасти ее могло лишь одно – рождение наследника. И когда пришел срок и ребенок огласил криком королевские чертоги, первым делом его осмотрел Элькос. Впрочем, и без него было ясно, что дитя – не порождение чресл Его Величества. Карие глаза выдавали того, кто был отцом этому младенцу. Магистр только подтвердил очевидное – королева родила ублюдка.

– Она ведь умерла в родах, и ребенок умер, – прошептала я, вдруг испугавшись неожиданной мысли, посетившей меня.

– Ребенок жив и отправлен к родне его отца, – сухо ответил его сиятельство. – Сейчас в нем особенно ярко проступило сходство с любовником королевы.

– А королева…

– Умерла в родах, Шанни, вам это известно, – ответил дядя. Я испытала недоверие и сразу не ответила. Слова о том, что король не прощает предательства, секретность тех сведений, что давал мне граф – всё это только еще больше укрепили внезапную догадку, которую я не собиралась оглашать.

– О боги.

– Сделайте необходимые выводы, дорогая, – велел его сиятельство. – Выберите правильную линию поведения, и Хэлл не оставит вас своей милостью. Что до Атленга, то вы поймете, насколько он ошибается. Фаворитки к нежеланию государя жениться не имеют никакого отношения. И однажды он выберет себе новую королеву, которая родит Камерату наследника. А пока Его Величество ведет образ жизни, который ему по нраву.

Мне нужно было уложить в голове всё, что рассказал мне дядя, пережить оторопь и даже страх, появившийся после откровений графа Доло. В любом случае от своих идей я отказываться не собиралась. Значит, нужно свыкнуться с новой правдой о короле.

– Я устала, дядюшка, – сказала я, желая поскорей вернуться к себе и остаться одной.

– Да, уже стемнело, – согласился его сиятельство. – Нам пора возвращаться.