Ворожея за кадром

И сейчас я, девчонка из деревни, влетаю, спотыкаясь, на крыльцо крупнейшей киностудии, которых в Москве еще больше, чем самих театральных училищ. Естественно, не успеваю вовремя остановиться, и на полном ходу сшибаю с ног какого-то парня с аппаратурой в руках. Путаясь в проводах и микрофонах, мы оба падаем, и я совершенно согласна с трехэтажным матом, что сыплется на мою голову. Однако стоит только парню как следует меня рассмотреть, то все, вакуум. В глазах обожание, а на губах глупая улыбка. Упс! Опять моя ворожба подействовала.

Он помогает мне выпутаться из плена проводов, даже платье, что Наташка-модница одолжила, поправил, улучив возможность провести рукой по моему бедру.

– Извините, пожалуйста. Моя вина. Не видел, куда иду из-за этих ящиков. – Говорил парень, а я, чтобы отвлечь его от себя, начала помогать ему собирать разбросанные динамики и микрофоны.

– Глупости. Это меня туфли подвели, оступилась… – Отмахнулась я.

– Яш, ну ты чего застрял?! – У нас на глазах появилась бойкая рыжеволосая девушка в комбинезоне, в клетчатой рубашке и торчащим на макушке хвостиком. Ее очки висели на самом кончике веснушчатого носа, норовя вот-вот совсем слететь, а цепкий взгляд зеленых глаз тут же замер на мне. – Так, милочка, а вы еще кто?

– Я… я Василиса… – Запинаясь, начала я. Жаль, что мой талант срабатывает лишь на противоположном поле. И то редкий раз. А тут такая бойкая особа! В раз выставит вон, и объяснить ничего не успеешь.

– Ах да… Кастинг. – Понимающе кивнула она и, схватив меня за локоть, поволокла вглубь помещения, напрочь позабыв о бедном Яше с кучей проводов. – Значит так, продюсер сейчас подъедет, пришлось начать без него. Почти всех уже набрали. Осталась еще пара вакансий, так что тебе повезло, может, еще пройдешь. Не дрейфь, ты красотка.

Тараторя без умолку, эта особа протащила меня через ряд огромных студий и съемочных площадок в длинный коридор с закрытыми дверьми и золочеными табличками на них. Я послушно шла за ней и была крайне признательна за ее крепкую хватку на моем локте. Сама бы я не дошла, и не в обуви уже было дело. Шок затмил мне взор, и я испуганной ланью смотрела по сторонам, восхищенно вздыхая. Ведь я попала в святая святых кинематографа.