Шанс на Чистилище

Твой организм просто оберегает себя… Это пройдет.

– Я тоже так думаю. И боюсь просыпаться от подобной спячки… – Грейс содрогнулась, отводя от мужчины взгляд. – Я боюсь, что по возвращении домой мои чувства проснутся.

– Я буду рядом, Грейс. Ты не должна прятаться от этого. Рано или поздно пластырь нужно сорвать с раны.

Его голос был тверд. Он внушал доверие и защиту. Роберт был хорошим человеком, и девушка верила ему. Да, он прав. Она не может и дальше прятаться в больнице от всего мира.

– Давай поговорим о другом? – Робко предложила она, стараясь еще немного отсрочить момент.

– Как пожелаешь. – Грустно улыбнулся Роберт и потянулся за своим кожаным портфелем с бумагами, что неизменно таскал за собой, будучи первоклассным юристом. – У меня завещание Эдварда. По нему и в силу сложившихся обстоятельств, ты – единственная наследница всего. Контрольный пакет акций корпорации РейКом, особняк, машины родителей и братьев, банковские счета, вилла на Багамах, дом в Швейцарии…

Роберт продолжал перечислять, зарывшись в документы и окунаясь с головой в свою привычную среду, а Грейс безучастно смотрела в окно.

Зачем ей все это? Подобное никогда не волновало ее. Грейс всегда была скромна в своих запросах и не от того, что родители не хотели баловать ее. Нет, они готовы были подарить ей весь мир, но Грейс этого не было нужно. Ей хватало их любви. Так к чему ей все эти миллионы сейчас, когда нет самого главного?

– Что мне со всем этим делать, Роберт? – Ее голос прозвучал непривычно глухо.

 – Мне ничего не нужно…

– Грейс, не думай об этом сейчас. Захочешь что-то продать, скажи мне. Но сейчас, просто вернись домой. Мы должны похоронить их… – Неуклюже закончил он, поерзав на стуле.

– А есть, что хоронить? – Грейс вскинула на него затравленный взгляд.

– Пока ты пребывала в коме, тела остальных были извлечены из обломков. Все, что осталось, кремировали. Прах твоих родных отдали на сохранение мне, как поверенному семьи.

– Да… конечно. Это нужно сделать. Ты прав. – Грейс отчаянно хотела почувствовать боль утраты, отчаяние, тоску.

Хоть что-то. Но нет. Ничего. Равнодушие, словно шел разговор о посторонних людях.

Уже не первый день она задумывалась об этом. Она знала, что есть амнезия памяти, краткосрочная или длительная. Но вот амнезия чувств?! Бывает ли такое? И на какой срок распространяется подобное? С врачами Грейс решила не откровенничать. Она не хотела, чтобы те начали пичкать ее новыми лекарствами и донимать психоаналитиками.