Шанс на Чистилище

Впрочем, должен же он как-то загладить свою вину за вчерашнее…

Сказать, каково было удивление Грейс, когда она зашла на кухню, это лучше промолчать. Первой ее реакцией был удивленный вскрик. Она прижала руку ко рту, чтобы заглушить свои вопли, и молча пялилась на обнаженного мужчину лишь с полотенцем на бедрах, который стоял у плиты и невозмутимо готовил завтрак. Мечта любой девушки, гора мускулов и поджарой загорелой кожи… В другой ситуации у Грейс давно бы потекли слюнки от такого экземпляра мужественности. Но зная, кто она теперь, полуголые незнакомцы на ее кухне настораживали.

Мужчина поднял на нее удивленный взгляд поразительно золотых глаз.

– Люциан…?! – Это все, что смогла пискнуть Грейс.

– Я больше никого не почуял в твоем доме, поэтому рискну спросить – кого ты ожидала увидеть? – Спокойно спросил он, выключая плиту и раскладывая на тарелке бекон и яичницу. На столе уже дымилась чашка кофе. Больше никакой посуды Грейс не увидела и удивилась, почему? Гость уже поел? Или он не рассчитывал на хозяйку дома?

– Честно говоря, я не до конца поверила, что ты оборотень… – Пробормотала Грейс, не зная, что еще добавить.

– Садись. Я приготовил тебе завтрак. – На вопросительный взгляд девушки, Люциан добавил. – Хоть так я смогу отплатить тебе за лечение.

– Спасибо… А ты? – Грейс села за стол и отпила превосходно сваренного кофе.

– У моего народа хозяйка дома всегда ест первой… – Люциан опустил взгляд, и теперь Грейс могла без стеснения разглядеть его. Он был темноволос, с легкой сединой в густых прядях.

– А у нас все иначе… Раздели завтрак со мной. Одной мне все не съесть. – Твердо ответила Грейс. Она поднялась и налила еще одну чашку кофе.

Люциан снова подозрительно глянул на нее, но принял предложенный кофе и молча сел напротив.

– Почему ты не превратился вчера? Было бы удобнее промывать раны и бинтовать тебя в таком виде… Человеческом… – Спустя какое-то время спросила Грейс, не выдержав напряженной тишины. С завтраком было давно покончено, но ни один так и не встал из-за стола. Неловкость момента была гнетущей. Но все же Грейс заметила, что раны на его теле затянулись, оставив после себя лишь темно-розовые грубые рубцы.