Я не прощу

Вдохнула родной запах, и от сердца отлегло.

– Какая же ты у меня красавица! – восхищенно шепнул мне в шею муж.

– Как долетел? – подняв на него глаза, поинтересовалась я.

Муж чмокнул меня в губы и усадил Артемку обратно за стол.

– Нормально долетел. Как обычно. М-м-м, редисочка! Есть хочу жутко, – откусывая редиску, пожаловался он. – Накрывай, Олюшка. Корми своего добытчика! Я только переоденусь и сразу вернусь!

Напевая какую-то песню, Андрей поднялся по лестнице на второй этаж.

Улыбнувшись, я достала большую хрустальную вазу и поставила в нее тюльпаны.

Обед прошел оживленно. Только Артемка начал клевать носом.

– Уложу его. – Я поднялась из-за стола и взяла сына за руку.

Взгляд Андрея потемнел.

– Уложи… – хрипло выдохнул он. Его рука будто невзначай скользнула под подол легкого весеннего платья и призывно огладила мои бедра.

Перехватив его взгляд, я вспыхнула и повела сынишку в детскую.

Я переодела сына в мягкую пижаму для дневного сна и достала со стеллажа толстую книгу сказок.

«Не может он мне изменять! Глаза же голодные до женской ласки! Если бы изменял, не лез бы ко мне под юбку!» – читая сказку о Винни-Пухе, терзалась размышлениями я.

Читать долго не пришлось: на второй странице Артем засопел.

Я с любовью поправила ему одеяльце. Теперь точно проспит пару часов. После занятий с педагогом с непривычки он утомлялся.

Я вышла из комнаты и столкнулась с Андреем. Он держал в руках два бокала вина. Верхние пуговицы на рубашке были расстегнуты, в глазах мерцало желание обладать мной.

– Наконец ты освободилась… – Его жаркий шепот опалил шею.

Улыбнувшись, я коснулась ладонями его колючих щек. Провела пальцами по твердой линии волевого подбородка и ощутила, как его дыхание касается моей шеи.

– За нас? – Он приподнял бокал.

Бокалы тихонько звякнули друг о друга.

– Я очень по тебе скучал, – подхватывая меня за талию, подмигнул мне Андрей и повел за собой.

Оказавшись за дверью спальни, он забрал у меня бокал.

Прижав меня к стене, накрыл мои губы страстным поцелуем.

Я чувствовала его тело, его запах, и от этого перед глазами все плыло.

В глазах Андрея горело желание, его губы жадно целовали мои, язык врывался в мой рот, скользя и играя, и низ живота свело сладкой болью.