Орхидеи на снегу

 – Скажи Ивану, что я не полечу в Омск сегодня!

– Капучино! Обожаю капучино! – Иван беспардонно следует за мной по пятам, даже не удосужившись разуться, и ловко подхватывает с подноса чашку дымящегося напитка. – Давай, Эрика! Полчаса на сбор чемодана. Мы летим к твоему папочке. У него есть для тебя сногсшибательный сюрприз. Ты будешь в восторге.

Судя по лихорадочному блеску в глазах человека-горы на русский лад, меня ждет что-то из ряда вон выходящее. То, что взбесит меня еще больше, чем его нынешнее вторжение.

– Смотри на меня, Иван. Говорю по слогам. Я НЕ ПО- Е- ДУ.

– Крошка, не заставляй меня самого собирать твои шмотки. Мне приказано доставить тебя на борт частного самолета вместе с тетей Региной через полтора часа. Так что, вперед. Или я заткну тебе в рот кляп, перекину через плечо и доставлю в самолет насильно.

– Ник! – умоляюще смотрю на брата я. – Скажи ему! Ну, скажи! Я не поеду с ним никуда!

Брат приносит в гостиную поднос с кофе и ставит его на журнальный столик. Поворачивается ко мне.

– Эрика, я тебя очень хорошо понимаю. Но, пойми, ты – наследница «Чернефти». Тебе придется лететь. Какая разница, сегодня или завтра? И какая разница, где напиться шампанским, а потом мучиться похмельем – здесь или в Омске?

– Почему никто и никогда меня не поддерживает?! – истерически выкрикиваю я. При мысли о том, что Тимура этим вечером уведут у меня из-под носа, на глаза наворачиваются слезы.

– Потому что глупо поддерживать бредовые идеи взбалмошной девчонки! – прихлебывая капучино, подмигивает мне Иван.

– Идем, Эрика. Не хватало еще, чтобы Иван собрал твои вещи за тебя, – качает головой тетя Регина. – Он же перелапает твое белье своими огромными грязными ручищами!

– Советую быть осторожнее с выражениями, – зловеще произносит ей вслед громила. – Иначе эти огромные и грязные ручищи быстро отшлепают не в меру развратно одетую тетушку!

– Я прям уже горю предвкушением, – фыркает тетя Регина.

Судя по тому, как у человека-горы налились кровью глаза, ему действительно нравятся развратные пышечки.

Я бросаю в сторону громилы испепеляющий взгляд и, словно замороженная, бреду следом за тетей в спальню.

Глава 4. Виктор

– Просыпайся немедленно!

Голос матушки доносится из небытия. Я ничего не могу разобрать.