Согретые тобой

Может, немного раздобрел, но ничего удивительного: его жена Наташа вела кулинарную передачу на своем ютуб-канале, и ее шоу было весьма популярным у многих домохозяек. Я подметила, как сновавшие по залу официантки с интересом посматривали в его сторону. Красивый, статный, Олег, как и раньше, обращал на себя внимание женщин.

Осмотревшись по сторонам, брат заметил нас, и в его зеленых глазах вспыхнула радость.

– Ну, здравствуй, Олег, – сцепив пальцы рук от напряжения, осторожно выдохнула я.

– Ева? Поверить не могу, что это ты! – Устроившись на свободном месте, он изумленно меня рассматривал.

– Ты оставила ребенка? Но… как ты жила все это время одна с маленьким ребенком на руках?! Почему не попросила о помощи?!

– Аслан оставил мне достаточно денег. Условия, которые поставил отец, были предельно ясны: или ребенок, или вы. Я выбрала дочь.

Олег тяжело вздохнул.

– Отца уже два года, как нет.

Вздрогнув, как от пощечины, я подняла глаза на брата.

– Папы… нет?

Олег покачал головой.

– Все произошло слишком быстро. Если бы ты хотя бы раз дала о себе знать, мы бы знали, куда сообщить. Но ты исчезла!

Давняя обида обожгла легкие, и я гордо вздёрнула подбородок.

– Ты знаешь, почему я так поступила! Ни к чему ворошить прошлое. Аслан погиб, его не вернуть. Но избавиться от самого дорогого, что от него осталось на память, я не смогла, как бы ни мечтал об этом отец.

Олег провел по лицу ладонью. Только сейчас я заметила сеть морщинок и следы усталости вокруг его серых глаз.

– Аслан не погиб, Ева. Он провел несколько месяцев в плену, а потом родственникам удалось договориться о выкупе и вернуть на родину. Сама знаешь, как дорожила Асланом семья. Его держали в чудовищных условиях, но он выжил.

Почти пустая чашка выпала у меня из рук. Грудь сдавило свинцовой тяжестью, и стало нечем дышать. Остатки горячего шоколада начали растекаться по столу, но я этого не замечала.

– Он жив? Где он сейчас?!

– Боюсь, тебе это не понравится.

– Где он сейчас, Олег?! – Руки дрожали, и я срывалась на крик.

Алиса хлопала своими пушистыми черными ресничками и с тревогой посматривала на меня.

– Там, где и должен быть. Случилось то, чего наш отец боялся больше всего на свете: Аслан занял его место. Теперь он управляет бизнесом. Нашей доли там больше нет.