Сбежавшая невеста миллиардера

Поправив дорогой черный пиджак от ведущего турецкого кутюрье, он статной походкой хозяина жизни двинулся в сторону центрального входа с идеально отполированными ступенями на крыльце. Водитель бежал за ним вприпрыжку, едва поспевая прикрывать зонтом черную голову Асада и роскошный букет роз.

– На всякий случай, Ань, мои двери всегда открыты, – ободряюще сжала мою руку подруга. – Асад, конечно, хорош собой, но он слишком стар.

– Спасибо. Я и сама это понимаю.

– Встречаемся в шесть у входа в «Олимп».

– Я помню.

Елена Константиновна исчезла из кабинета вместе с кружкой ароматного чая, а я втянула в легкие побольше воздуха и принялась ждать, когда же за мной придут. Ждать пришлось не долго.

– Моя милая Аннабель! – раздался скрипучий голос с хрипотцой и турецким акцентом, и в следующий миг карие глаза моего жениха вспыхнули вожделением.

– Добрый день, Асад, – смущенно потупив глаза, принялась разглаживать стильную серую юбку-карандаш я.

Аннабель – дурацкое имя, которое записано у меня в паспорте.

Любвеобильный жених протянул мне роскошный букет роз.

– Возьми эти цветы, ашким. Я приехал, чтобы пригласить тебя пообедать.

– Хорошо. Я только соберусь и закрою кабинет.

– Анна Андреевна, мы бумажки собрали! – послышался звонкий голосок дежурного Пети Волкова откуда-то снизу.

– Конечно, можно.

Я улыбнулась мальчику, положила цветы на стол и начала торопливо забрасывать вещи в свою объемную сумку школьной учительницы.

– А это ваш жених, Анна Андреевна? – снова любопытный голос отличницы Марины.

– Хороший друг, Мариночка. Ну, иди уже, – нетерпеливо подталкиваю девочку к выходу я.

– Очень хорошо, что друг… а то для жениха он слишком старый!

– Иди, Марина! – шикнула я.

– Хороших каникул, Анна Андреевна!

– Тебе тоже.

– Я вижу, ты любишь детей? – раздался вопрос совсем рядом. Я вздрогнула.

– Да, конечно.

– Я тоже люблю детей, – довольно произнес мой жених. Его рука властно легла на низ моей спины, и он многозначительно улыбнулся.

Я заправила выпавшую прядь русых волос за ухо и залилась румянцем.