Можжевеловое лето

 – Его только здесь не хватало! Он скажет, что я совсем ненормальная, если лечилась вином!

– Да ничего такого он не скажет, – тут же заверил ее Лёшка.

– А ты сам не можешь дать мне какое-нибудь лекарство? – сквозь слезы умоляюще посмотрела на товарища Дианы Маша.

– Не могу. Я хирург. По части терапии у нас только Дима, – беспомощно пожал плечами Лёшка. И тут же заверил Машу: – Да ты не волнуйся! Он классный специалист. Практикует третий год, и еще ни разу никто не жаловался. Минутку подожди!

Не успела Маша открыть рот, чтобы отказаться, как Лёшка испарился.

– Что ты его так боишься? – присела рядом с Машей на скрипучую кровать Диана. – Доктор как доктор. Довольно симпатичный, между прочим.

– У меня глаза, как у кролика, и нос распух от слез! – снова всхлипнула Маша.

– Причем здесь твой нос? – озадаченно посмотрела на подругу Диана. – Это же доктор! Какое ему дело до твоего носа?.. Постой-ка, или я чего-то не знаю?

Маша схватила первое попавшееся под руку полотенце и с силой принялась оттирать слезы.

Хорошо, что она не догадалась накрасить ресницы! А то была бы та еще красавица. Вопрос Дианы остался без ответа. Да Маша и сама не могла понять, какое отношение ее внешность имеет к симпатичному доктору. Анализировать свои чувства ей было попросту некогда. Кашель тем временем вернулся неприятным приступом, и Маша на время забыла о своих красных глазах и распухшем носе.

Лёшка вернулся довольно быстро и привел с собой обещанного доктора. Дима выглядел слегка встревоженным, он не надел белый халат, оставаясь в слегка помятой футболке и вечных серых джинсах, но все же захватил с собой весь арсенал терапевта.

– Маша, ты почему плачешь? – присел он рядом с ней на место Дианы, которая отошла к окну.

– Чайник разбился, – всхлипнула она, чувствуя себя полной дурой.

– Подумаешь, разбился, – по-доброму улыбнулся ей доктор и достал фонендоскоп. – А вот кашель у тебя нехороший. Давай, я тебя послушаю?

– Это обязательно? – сконфуженно прошептала она, вспомнив о своей неудачной попытке вылечить кашель горячим вином, закрытых форточках и трех одеялах.

– Думаю, да, – Дмитрий тем временем засунул фонендоскоп в уши и поднялся. – Вставай.

– Хорошо, – обреченно всхлипнула Маша.

Процедура оказалась не особенно приятной, но быстрой. Дмитрий хмурился.

– Дыхание у тебя жесткое. Никаких водных процедур! А еще лучше на ближайшие дни постельный режим. Я выпишу тебе антибиотики.