Мой некоронованный принц, или Золушки не продаются

А еще больше я не хочу глупо улыбаться рядом с Павлом на званом ужине в честь открытия торгового центра».

Аня зажмурилась на мгновение, пытаясь унять пульсирующую боль в висках. Сознание тут же перестало слушаться и словно провалилось во времени.

…Полумрак дешевого номера придорожного отеля. Огромная, смятая постель. Руки, мягкие, родные, любимые. Его руки. Руки Максима. Они с нежностью ласкают ее тело, заставляя выгибаться, комкать шелковые простыни, бессвязно шептать слова любви и нежности. Его губы с жадностью впиваются ей в шею, в плечи, опускаются ниже, терзают полную, округлую грудь.

– Еще… пожалуйста, еще… – срывается хриплый стон с ее губ.

– Какая же ты ненасытная, – выдыхает ей в шею он, а губы уже нащупывают крупные горошины сосков, поочередно втягивая каждый из них в рот, прикусывая зубами. Аня задыхается от нахлынувших чувств. Инстинктивно придвигается к нему ближе, желая впустить его, желанного, любимого и единственного. Рука Максима скользит вниз, туда, где у нее все сводит от зашкаливающей страсти.

– Ты моя… только моя… – хрипло шепчет он.

– Только твоя… – всхлипывает она и подается ему навстречу. Яркая, ослепительная разрядка наступает почти мгновенно.

– Эй, я ведь даже не успел в тебя войти… – обиженно смотрит в ее зеленые, горящие изумрудным огнем глаза Максим.

– А кто говорит о том, что это конец? Ночь еще не закончилась… – гладя короткие русые волосы любимого, тихо смеется она.

В его карих глазах вспыхивают искорки.

– Ах, ты… – Макс резко переворачивает ее на живот, накрывает своим крепким, подтянутым телом.

– Эй… – Аня пытается сопротивляться, больше в шутку. Ведь ей так хочется ощутить его внутри. Почувствовать, как он заполняет ее собой.

Он заводит и удерживает ее руки над головой. Его губы впиваются ей в шею, а он сам ловко разводит ей ноги и врывается внутрь, резко, сильно, заставляя ее нежную, трепещущую плоть сладко пульсировать и сжиматься вокруг него.

– Моя… – вырывается у него. – Только моя…

… Аня вздрогнула и открыла глаза. Покосилась на дверь, в которую продолжал тарабанить младший брат.

– Выходи оттуда! Мне в туалет нужно! Мама уже на взводе! Мы опаздываем!

– Да иду, черт вас подери! – резко повернула замок Аня, и брат с размаху ввалился в ванную комнату.

– Дура! – ударившись о раковину, прошипел Артем.

Аня, массируя ноющие виски, молча покинула ванную комнату. Ей не хотелось пререкаться.