Зависть

Пока Радим переходил от одной группы к другой, Оля села на диван недалеко от меня и болтала по телефону.

– Конечно, я так ему и сказала, – говорила она кому-то. – Я себя уважаю, и помыкать собой не позволю. Часы он, видишь ли, забыл, а я, значит, должна как служанка, бегать за его вещами…, – Морозова рассмеялась над комментариями неизвестного собеседника…, – да сам и пошёл. Обиделся. Три часа их искал, уже хотела психануть и никуда не ехать. Всё равно у Стаса скука смертная, но он сказал, что сегодня будет особенно весело, а я что-то ничего веселого не наблюдаю.

Оля опять замолчала, слушая собеседника, потом сказала: – Нет. Этот вопрос вообще не решается. У него постоянные проблемы со строителями. Никак ремонт доделать не может. Я ему тысячу раз говорила: уволь всех нафиг, и найми новую бригаду! А он мне – людей жалеть надо, проблемы у них какие-то. Я на их проблемы срать хотела! Пусть квартиру доделают! Я хочу жить отдельно от предков. И временно потерпеть его папу с мамой, как он мне предлагает, я тоже не хочу…, – она заметила приближающегося к нам Радима и, понизив голос, торопливо проговорила: – Ну, всё, пока, а то он идёт.

Я, почти не дыша, вжалась в спинку дивана, так как он остановился около меня, намереваясь сесть рядом с Олей. Она же наоборот, гордо отвернула лицо, встала и отошла, намеренно лишила его своего общества, демонстрируя обиду.

Конфликт в их отношениях стал для меня очевиден.

Радим посмотрел ей вслед без всякого выражения на лице, потом обогнул журнальный столик и сел напротив меня, в кресло.

– Тебе холодненького пива принести? – услужливо предложил хозяин квартиры.

– Нет, – ответил Радим. – Лучше горяченького выпью. Пока со стоянки шёл, намок весь. Смени жильё, Стас, без подземной парковки чертовски неудобно.

Сиротин провёл рукой по влажным темным волосам Радима, словно стряхивая оставшиеся капли дождя. Вроде бы небрежным дружеским жестом, но в глазах парня стояло ласковое выражение.

«С ума сойти можно! В него даже друзья влюбляются!»

Валевский, конечно же, этого не знал. Он взял, оставшийся нетронутым, напиток со столика и, попробовав его, скривился от отвращения.

– Стас, что за хрень ты опять намешал?! Отравиться можно.

– Я старался, – рассмеялся парень. – Всё делал, как тебе нравится.